Тимоти Зан - Кобра

Некоторое время Перс молчал. Потом положил ладонь на плечо сына.

– Ты прав, Джонни. Участвовать в войне на боевом корабле – это совсем другое дело. Я не уверен в том, что смогу понять через что тебе пришлось пройти, но я приложу максимум усилий, чтобы сделать это. О'кей?

– О'кей, папа. Спасибо тебе.

– Ладно. Пошли поздороваемся с матерью. А потом ты сможешь посмотреть на комнату Гвен.

Обед в этот вечер был праздничный. Айрин Моро приготовила любимое кушанье своего сына – поджаренные изнутри дикие бали. За столом велась непринужденная беседа, часто прерываемая взрывами смеха. Джонни казалось, что комната была вся пронизана любовью и теплом, которые образовали вокруг них невидимый и непроницаемый для бед и напастей барьер. Впервые с тех пор, как он покинул Эсгард, пришло настоящее чувство безопасности. Джонни ощущал, как напряжение, с которым он успел свыкнуться, медленно оставляет его мышцы.

Весь обед семья Моро была занята рассказами о новостях и о жителях Сидер Лейк. И только когда Айрин принесла каву, тема разговора изменилась и коснулась планов Джонни.

– Я не совсем еще уверен, – признался Джонни, держа кружку кавы обеими руками и чувствуя, как тепло проникает в ладони, – но я полагаю, что мог бы вернуться в школу и получить наконец диплом компьютерного техника. Это займет еще целый год, а я еще не свихнулся, чтобы садиться за учебную парту. Во всяком случае, пока.

Напротив него сидел Джейм, осторожно потягивая из кружки напиток.

– Если ты пойдешь работать, то чем бы ты предпочел заняться?

– спросил он.

– Я подумывал о том, чтобы вернуться к отцу в мастерскую, но похоже, что ты там уже надежно обосновался.

Джейм метнул взгляд на отца.

– Послушай, Джонни, работы вполне достаточно для нас троих. Правда, папа?

– Конечно, – ответил Перс, но в голосе его чувствовалась легкая неуверенность.

– Спасибо, – сказал Джонни. – Но мне показалось, что у тебя не хватает инструментов, чтобы загрузить работой еще и меня. Я думаю, что в течение нескольких месяцев мне нужно будет поработать где-нибудь еще, пока мы не сможем оснастить мастерскую всем необходимым для троих. И тогда, если работы будет достаточно, я всегда смогу вернуться.

Перс кивнул.

– Я полагаю, что это было бы самым лучшим, что можно придумать.

– Итак, мы снова вернулись к вопросу о том, чем бы тебе заняться, – сказал Джейм. – Чего бы тебе хотелось?

Джонни поднес кружку к губам и вдохнул богатый мятный аромат напитка. У армейской кавы вкус был гораздо беднее и слишком много стимуляторов, а вот аромат, который делает этот напиток таким вкусным и приятным, практически отсутствовал.

– Я многому научился по инженерной части за эти три года, особенно по части применения взрывчатых веществ и акустических режущих инструментов. Думаю, мне стоит обратиться в одну из дорожных или добывающих компаний, которые, как вы мне говорили, расположены где-то в южной части города.

– Что ж, попробовать не повредит, – пожал плечами Перс. – А отдохнуть несколько дней для начала не собираешься?

– Ну нет, я поеду туда завтра же утром. А сегодня вечером еще немного покатаюсь по городу, хочу вспомнить старые места. Помочь убрать со стола, пока я еще не уехал?

– Не глупи, – улыбнулась в ответ Айрин. – Расслабься и отдыхай.

– Сегодня вечером ты еще можешь это, – уточнил Джейм. – Завтра тебя уже опустят в соляные шахты вместе с другими рабами.

Джонни погрозил ему пальцем.

– Берегись ночной темноты, – сказал он с насмешливой серьезностью. – Наверное, где-нибудь есть подушка с твоим именем.

Он снова повернулся к родителям.

– Ну что ж, если не возражаете, я поехал. В городе вам ничего не нужно?

– Я уже была там сегодня, – отозвалась Айрин.

– Давай, двигай, сын, – сказал ему отец.

– Я вернусь не слишком поздно, – Джонни допил остатки кавы и поднялся. – Обед был просто замечательным, мамочка, большое спасибо.

Он вышел из комнаты и направился к входной двери. К его удивлению Джейм пошел за ним.

– Ты едешь со мной?

– спросил его Джонни.

– Нет, провожу тебя до машины, – ответил Джейм. И пока они не вышли из дома, молчал.

– Я хотел бы тебя предупредить о двух вещах, – начал он, когда они ступили на лужайку.

– О'кей, вываливай.

– Первое, мне кажется, тебе следует опасаться указывать на людей пальцами, как это ты только что проделал со мной. Особенно если ты рассержен или даже просто очень серьезен.

Джонни удивленно заморгал глазами.