Дэн Эбнет - Молоты Ульрика

- Тебе нравилось в Линце?

- Я тоскую по открытым просторам. По лесам и полям. Я скучаю без родителей. Когда я служила у маркграфа, я каждую неделю выбиралась к ним на ферму. Я пишу им каждый месяц и отправляю письма в Линц с идущими туда экипажами.

- А они пишут тебе?

- Нет, конечно. Писать они не умеют. - Она сделала паузу. - Зато вот что прислал мне отец.

Ления выудила из-за пазухи дешевый потускневший серебряный медальон, в котором Арик увидел локон волос, таких же темных, как и ее собственные.

- Это медальон его матери, а волосы - моей. Он пошел к местному священнику, попросил его написать мое имя и вложил его внутрь. Этого достаточно, чтобы я знала, что родители получают мои письма.

- Ты забрела далеко от дома, Ления.

- А ты?

- Мой дом стоит ниже по холму, при Храме Ульрика, - тихо ответил Арик, потягивая пряное питье.

- Нет, я говорила про дом, где ты жил до того, как стать Волком. - Ления присела на стул с высокой спинкой рядом с диваном.

- А не было никакого дома до этого. Я подкидыш. Через пару часов после моего рождения меня нашли на ступенях нашего Храма. И жизнь в Храме - единственная, которую я помню.

- И что, все Волки приходят в Храм, как ты? Он расхохотался, приподнялся чуть повыше, не забывая о больной руке.

- Нет, конечно, нет. Некоторых родители отдают в Храм уже в разумном возрасте, когда парни проявят какую-то склонность к военному делу. Обычно это выходцы из хороших семей или военных родов. Твой Драккен пришел в Храм в восемнадцать лет после службы в Страже. Так же в Храм попал и Брукнер, только он был чуть моложе, мне кажется. Левенхерц - сын Пантеры. Он поздно попал в Белый Отряд. У него много времени ушло, чтобы найти подходящее место. Аншпах был уличным вором, мальчишкой без связей и без будущего, когда его завербовал Юрген. Там произошла какая-то история, которую Юрген никогда не рассказывал, а вслед за ним и Аншпах отказывается говорить, как было дело. Дорф, Шелл и Шиффер были солдатами Империи, а потом их Комтуры направили их в Храм. Другие, например, Ганс или Грубер, являются сыновьями Волков, продолжающими дело родителей.

- А ты - сын Волка?

- Я часто думаю, что так оно и есть. Мне нравится так думать. Я верю, что именно поэтому меня и оставили на ступенях Храма.

- А что насчет вашего здоровяка Моргенштерна?

- Моргенштерн родился в купеческой семье, и его папаша, когда сын подрос и начал удивлять всех своей силой, разрешил ему уйти в храмовое воинство. И с юношеских лет он живет в Храме.

- Значит, вы все разные, из разных мест?

- Да, и только Ульрик уравнивает нас, он и наша служба ему.

- Расскажи об Эйнхольте.

Арик замолчал, пытаясь совладать с заметавшимися в панике мыслями. Он трижды глубоко вздохнул и успокоился. Ления, кажется, ничего не заметила.

- Он был сыном Волка, служил Храму с детства. Старая гвардия… как Юрген. Он многих привлек в Храм и воспитал настоящими воинами. Например, Каспена, ты его знаешь. Меня он тоже обучал военному делу, когда подошла моя пора. Были и другие.

- Другие?

- Павшие, убитые. Наше братство платит свою цену, Ления Линцская.

Она улыбнулась и приложила палец к губам, призывая Арика хранить тишину.

- Замолчи сейчас же. Я же не какая-то высокородная госпожа, а ты меня так величаешь.

- Для Драккена ты происходишь из самого высокого рода. Не забывай об этом.

- Я боюсь за него, - вдруг сказала Ления. - Когда он уходил, в его лице было что-то такое… Как будто он где-то оплошал, и теперь ему надо исправить свою ошибку.

- Кригу нечего доказывать. Она стояла, глядя в камин.

- Это все из-за того, что он был со мной, верно ведь? Он же приходил ко мне. Оказал мне большую услугу, вот как дело было. Он оставил пост, да? И поэтому тебя ранили…

Арик опустил ноги с постели на пол и замер, борясь с болью в потревоженной руке.

- Нет! Нет, он был всегда верен отряду и никогда не приносил ему вреда. Верен всегда и во всем. Что бы он ни думал о том, что натворил, я ни в чем его не виню. Он спас мне жизнь.

- Может, он и город спасет? - спросила Ления, вглядываясь в янтарное пламя.

- Я бы доверил ему это дело. Ления обернулась к Арику и сердито закричала.

- Ты что делаешь? А ну-ка, быстро в постель! Арик, ты же не маленький! Твоя рука…

- Пока болит, но до свадьбы заживет! Найди мне мои доспехи

- Доспехи?

Арик улыбнулся ей, стараясь не выпускать на лицо гримасы боли.

- Я же не могу оставить твоему Кригу всю славу!

- Тогда я еду с тобой!

- Нет.

- Да!

- Ления…