Дэн Эбнет - Молоты Ульрика

- Ты не прав, малыш!

- Не Эйнхольт! Что ты? Что ты такое? Ты - та тварь из подвала?

Следующий удар тени попал в бедро Арику, и он рухнул на колени около камина.

Арик молчал. Мир вокруг него померк, он еле различал силуэты предметов, находившихся в комнате. Его левая рука безвольно обвисла, терзая Арика пронзительной болью при каждом движении. Он из последних сил старался сохранить ясность рассудка.

- Тварь из подвала? - медленно произнесло чудовище, и его знакомый голос снова наполнился рокочущими обертонами - Не совсем верно. Я - все страхи этого города, и я - нечто большее. Я - сила, которая сотрет Мидденхейм с лица земли и вытянет свет из звезд. Я - Баракос.

- Не рад познакомиться! - рявкнул Арик, взрываясь одним резким ударом снизу вверх.

Тварь отлетела на несколько ярдов через комнату, окропляя пол кровью из сломанной челюсти. Свалив светильник и разломав письменный стол, тварь упала на пол.

- Ягбальд Эйнхольт научил меня многому, - выдохнул Арик и рухнул на ковер, выпуская сознание из своего терзаемого болью разума.

Драккен опустил посла на украшенный затейливым орнаментом диванчик, отбежав на достаточно большое расстояние от комнаты, где он оставил Арика Он не мог понять, где находится. Отовсюду уже слышался шум тревожной суматохи, и Драккен решил наплевать на достоинство - от того, насколько быстро ему придут на помощь, зависела жизнь человека. Он сложил руки рупором и закричал.

- Сюда! Ко мне! Скорее! Пошлите за лекарем!

С противоположного конца залы появились два запыхавшихся пажа, но, увидев окровавленного бретонца на диване, тут же опрометью бросились вон с воплями ужаса.

- Драккен? - Молодой Храмовник обернулся на голос. Это Серый Волк Ольрик шел к нему с недоуменным выражением на вспотевшем лице, - Что, во имя Ульрика, тут происходит?

- Убийство! Зло! Магия! Здесь, во дворце! Давай скорее, Волк, отнесем этого парня в лазарет!

Ольрик глянул вниз на неподвижное тело в богатых одеждах.

- О, далекие боги! Это ж один из иноземных вельмож! Хватай его за ноги, быстро. Нет, давай лучше отнесем его на диване как на носилках.

Они подняли диван вместе с послом, ухватившись за ножки этого оказавшегося полезным предмета обстановки. Ольрик, пятясь, шел впереди, закинув молот за спину.

- Пантеры! Пантеры! - кричал он. - Покажитесь! Отведите нас в лазарет!

Борясь с противоположным краем дивана, Драккен пытался рассказать Ольрику, что произошло в гостевых апартаментах, но слова замерзали на его губах. Как он мог рассказать приятелю-храмовнику, что убийцей был Эйнхольт из Белого Отряда?

Он продолжал сражаться с непокорными словами, когда появились шесть Рыцарей-Пантер. Они быстрым шагом приближались к Волкам. Фогель в шлеме с поднятым забралом вел их. Остальные могли оказаться Крассом и Гуинголом. Все пятеро. По крайней мере, Драккен не видел между ними разницы.

Ольрик повернулся, еле удерживая вес дивана и посла. - Фогель! Вот славно! Посмотрите-ка, парни! Грязный убийца прокрался к послу!

Пантеры остановились, и Фогель опустил забрало. Он шагнул вперед и воткнул свой широкий меч в спину Ольрику. Ольрик взвыл, на губах его запузырилась кровь, он начал падать и выпустил из рук свой край дивана. От удара о мраморный пол бретонский вельможа скатился с импровизированных носилок в сторону.

Фогель выдернул меч, сорвав спинную пластину доспехов мертвого Волка. Ольрик упал в лужу собственной крови, ударившись лицом о холодный камень. Пантеры во главе с Фогелем двинулись на Драккена.

Молодой Волк почувствовал запах болезни, только на этот раз он был гуще и острее. Прокисшее молоко. Запах безумия и магии мертвых.

Фогель бросился на него, но Драккен был начеку. Он поднырнул под боковым взмахом меча и остановил его обратное движение закованной в броню рукой. Одновременно он выхватил кинжал и вогнал его в шею Фогелю, пронизав кольчужный ошейник и перерубив позвоночник безумца. Из многочисленных щелей и сочленений сияющего шлема Пантеры хлынула кровь. Фогель упал, не дав Драккену времени вынуть кинжал из смертельной раны.

Теперь Драккен был безоружен, а его пятеро противников приближались, хищно ощетинившись мечами.

Стены содрогнулись, когда с металлическим лязгом в тыл Пантерам ударили Моргенштерн и Аншпах. Аншпах немедленно уложил одного Рыцаря-Пантеру на пол, раскроив ему шлем и череп. Моргенштерн ударом снес голову с другого рыцаря так же легко, как если бы это была репа, лежащая на перевернутом ведре. Голова в шлеме ударилась о потолок, упала вниз и покатилась прочь.