Рене Рейберт - Не герои

Рене Рейберт

НЕ ГЕРОИ

(«Экспансия. История Галактики»)

А если ты в бездну шагнул и не воспарил,

Вошёл в огонь, и огонь тебя опалил,

Ринулся в чащу, а там берлога,

Шёл на медведя, а там их шесть, —

Это почерк дьявола, а не Бога…

Д.Быков

Место:система неизвестной звезды.

Время:разгар Галактической войны .

Над руинами города вторые сутки полыхало зарево пожаров.

Они ударили ночью. Случайность или расчет?

Противопоставить атаке с орбиты было нечего. Атмосферная авиация аграрной планеты предназначалась для обработки полей, а серьезных систем ПВО здесь не существовало. И теперь Джесси Дикс, «Квинта», как ее называли уже второй день, сидела на куске разрушенной стены, в одной руке сжимая импульсную винтовку, а другой обнимая за плечи огромную немецкую овчарку. Маскировочный комбинезон покрылся пятнами сажи, машинного масла и крови. Запахи били в нос, не давая отрешиться от происходящего. Присутствие овчарки успокаивало. Хотя спутнику нечего было противопоставить группам зачистки, не говоря уже о «Хоплитах», зато у него были сенсоры и характер. И он умел ходить в фототропном режиме.

— Квинта, — ожил наушник коммуникатора. — Что у тебя?

Хриплый из-за помех голос Зильберта, командира первого отряда городской службы ЧС, вывел девушку из отупения, которое возникает, когда психика едва выносит картины окружающей действительности.

Дикс и Бадди искали раненых. Оставляли маячки для спасательных групп, оказывали первую помощь на месте и двигались дальше. Искать проходы и способы безопасного доступа в разрушенные городские районы. Там, где легко пройдет одиночка, может погибнуть спасательная группа, не обученная ни диверсионному делу, ни способам ведения войны. А на обратном пути, когда руки заняты носилками, все осложняется в десятки раз.

Мегаполис держался. С первых мгновений после атаки и до сих пор, выигрывая минуты и часы — последние часы независимости колонии. Военные и примкнувшая к ним полиция при поддержке колониальных андроидов серии «Хьюго» дали время на мобилизацию всем службам города.

Cлужба ЧС выполняла прямые обязанности. Под завалами оставались люди, каждая минута боев добавляла десятки раненых, не хватало рук и ресурсов. Большая часть городских больниц была уничтожена. Те, что остались, не могли принимать людей, потому что весь мегаполис был сейчас зоной боевых действий. Любое здание могло быть разрушено.

В первые часы спасателям удалось развернуть два госпиталя глубоко под землей, в Цоколе, в лабиринте технических помещений, куда пока не добрались захватчики. В мегаполисе действовали несколько полевых пунктов, где можно было стабилизировать тяжелых раненых перед транспортировкой в «тыл» — сколько он еще продержится, этот тыл? Два дня, три? Несколько часов?

Никто не знал.

— Квинта?

— Мне нужна плазма, — прошептала Дикс, прижимая к себе собаку. — Рюкзак почти пустой. Маяки еще остались. Нужны жгуты…

— Шестой пункт уничтожен. Квинта, как поняла? Шестого нет!

— Что?.. — она не поверила ушам. Как уничтожен? Это же медпункт!

Перед тем как выйти в первый на этой войне поисковый рейд, она убедилась, что на рукаве куртки — медицинская эмблема спасателя. Даже натерла ее воском, чтобы не приставала грязь. Командир, проверяя готовность, лично сорвал эту эмблему. И бросил в ящик, где лежала горка таких же, вырванных с мясом. И только потом выпустил девушку из подземного госпиталя. Тогда Квинта решила, что командир двинулся. Никто не стреляет по медикам. Тем более прицельно.

Это не укладывалось в голове.

— Шестого нет, иди на четвертый! — голос Зильберта едва пробивался сквозь помехи. — Возле шестого десант! Идет бой!

— Приняла.

Зильберт ушел с канала и Джесси потянулась за флягой, выпустив овчарку. Хотелось проснуться. Она знала всех, кто дежурил на шестом. Трудно было представить, что их больше нет. Вместе с ранеными, которых они успели собрать.

Абигайль, Гай, Кора. Возможно, кто-то из Центрального. Кто, как и она, собрался пополнить на пункте припасы.

Имплант на виске замигал, принимая передачу.

«Уверена, что трезво оцениваешь свое состояние?» — кибер смотрел на хозяйку объективами видеокамер, скрытыми за ясными собачьими глазами.

«Закончим дежурство и я лягу спать». — Девушка глотнула воды. Подумала, бросила в рот таблетку из поясной аптечки, тщательно разжевала и снова приложилась к фляге. — «Голова болит. Но я держусь. Правда».