Тима Феев - Йонтра

Началась же вся эта эпопея с межзвездными перелетами очень давно, лет сто назад. В те далекие времена физики всех известных обитаемых миров изо всех сил пытались увеличить мощность фотонных двигателей, которые стояли тогда на всех звездолетах. Ну и, конечно, у них мало что получалось. Ведь та технология уже практически исчерпала себя. И выжать из нее хоть что-то новое было почти невозможно. Нужно было придумывать что-то иное, доселе невиданное. Однако, и это вам, уважаемые слушатели, наверное, не известно, — физики народ довольно-таки ленивый, впрочем, как и все ученые. Вот и тогда, пойдя на поводу у своих наклонностей, они стали искать решение в уже сделанных к тому моменту научных открытиях.

Было известно, что волны гравитации, которые тогда были уже довольно хорошо изучены, распространяются с очень большой скоростью. Некоторые даже полагали, что почти с бесконечной. Вот физики и решили использовать их. И даже соответствующая технология была разработана. Поэтому все, вроде бы, должно было и получиться. Но вот незадача, для возбуждения гравитационного поля и создания таких вот волн требовалась колоссальная энергия. Да к тому же еще и сам звездолет, разгоняемый ими, вряд ли смог бы долго пропутешествовать. Ведь на такой гигантской скорости он почти наверняка бы столкнулся с чем-либо. Поэтому разработчики, а к числу последних относился и ваш покорный слуга, — Скит слегка кивнул головой, — стали продвигаться сразу по двум направлениям. Во-первых, по пути получения волн гравитации, разгонявших корабль, а во-вторых, по созданию самого корабля, могущего противостоять любым столкновениям на сверхсветовой скорости. Ну и конечно, ни одно из этих направлений не принесло практически никаких существенных результатов. У так называемых «волновиков» оставались все те же проблемы с получением энергии, а у «корабельщиков» с броней. Но вот что любопытно, — Скит в задумчивости потер клюв, — именно в такие вот моменты, когда всем кажется, что выхода нет, и, наверное, никогда уже не будет, решение находят совсем не физики даже, и не конструкторы, а дилетанты. Они каким-то непостижимым образом, предлагая подчас совершенно идиотские идеи, раньше или позже выводят всех из тупика. Так случилось и на этот раз.

В одной из лабораторий, уж и сам не скажу точно, какого института, работал некий начинающий лаборант. Балбес был страшный. Все вечно путал. То реактивы не те смешает, то эксперимент поставит так, что хоть беги. Но его почему-то держали. Поговаривали даже, что лаборант этот как-то открыл формулу эластичного полимера, который совершенно невозможно было порвать. Сделал он это, конечно, случайно и опять-таки что-то напутав с реактивами. Однако, зав лабораторией того института был личностью слегка суеверной и надеялся, что его неуч еще себя как-нибудь да проявит. И, как вы, наверное, уже догадались, все так и вышло.

Однажды лаборант этот, — а я вам должен здесь официально заявить, что в истории физики даже имени его не сохранилось, — ставил очередной эксперимент. Он тогда строил физическую модель комплексных переменных. Ну, в общем, ничего особенного. Так вот, в результате же того эксперимента, он каким-то образом вместо простой трехмерной модели умудрился наваять реальный образец. Ну вы представляете?! Обнаружил же все это «хозяйство» все тот же зав лабораторией. И, естественно, будучи в общем совсем неплохим ученым, сразу тогда догадался, что его «дурак» опять чего-то там открыл. Кинулся искать лаборанта, а того и след простыл. Ему, как оказалось, за день до этого позвонила некая молодая особа, и они вместе отправились попутешествовать. Так что от лаборанта осталась лишь маленькая записка, в которой он в довольно краткой форме сообщал, что физика ему до смерти надоела, что зав лабораторией — законченный болван, и что он со своей будущей невестой улетает далеко и больше уже никогда не вернется.

В результате же тех, так называемых… кхм, — Скит нарочито кашлянул, — случайных событий, ученые совершенно неожиданно получили в свое распоряжение практически полностью готовый образец комплексного физического тела. Подчеркиваю, не числа, а реально существующего объекта. Стали разбираться. Ох и много же тогда у них ушло усилий на распутывание того клубка, что лаборант накрутил. Пытались даже как-то разыскивать его. Да куда там, — исчез, как говорится, с концами. Но тем не менее, после изнурительных поисков и бешеного напряжения лучших конструкторских и математических умов, им все же удалось наконец восстановить первоначальный процесс. Вот уж недаром говорят, — Скит смущенно посмотрел на аудиторию, — что один дурак может столько вопросов назадавать, что и сто умников не ответят, мдам-льк. Однако все получилось. Комплексный или, как его еще иногда называли, «мнимый объект» был создан. Ну и конечно, сразу после этого, как сама собой разумеющаяся, возникла идея использовать его в качестве прототипа космического корабля.