Дэвид Вебер - Наследники империи

“Я-” Колин покраснел, как мальчишка, а затем поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза Брашиила. “Благодарю вас. Я никогда не получал ничего более красивого … или, более ценного.”

“Тогда мы удовлетворены, Верховный Повелитель гнездовья.”

Лоуренс Джефферсон восхищенно смотрел на скульптуру, пока вокруг стоял восторженный гул, и при этом даже его преподобие практически не притворялся. Он прочистил горло, когда затихла первая волна обсуждений.

“Брашиил, могу я-” Он запнулся, потом слегка пожал плечами. “Я стесняюсь спросить, но могу ли я получить эту голограмму и поставить её на видном месте в моем кабинете?”

“Конечно. Мы привезли несколько копий для наших друзей, однако, мы надеемся, что они не будут обнародованы до официального открытия.”

“Могу ли я её демонстрировать, если я обещаю, что не покажу её ни одному журналисту?”

“Для нас это будет большой честью.”

Вице-губернатор Земли охранялся практически так же тщательно как и сам губернатор. Всякий раз, когда он был в резиденции, целые войска службы безопасности, ненавязчиво, но бдительно, бродили по территории Кентукки, где уже несколько поколений Джефферсонов владели недвижимостью. Но ни один из этих защитников не знал о тайных ходах, которые позволяли ему ускользнуть, при необходимости, от их опеки.

Лоуренс Джефферсон вышел из потайного туннеля в восьми километрах от его дома. Когда то он работал в метрополитене, и этот туннель был отремонтирован и расширен за последние годы, когда сенатор Джефферсон был завербован начальником оперативного отдела Ану. Даже самые доверенные подчиненные Киринал не знали об его существовании, но Джефферсон трудился на ним, под ее личным руководством, с использованием некоторых малозаметных элементов Имперской технологии, что бы его невозможно было обнаружить. В то время эти меры предпринимались против Гора и сканеров спрятанного линкора Нергал, но они оказались одинаково эффективными и против планетоида, по имени Дахак.

Флаер поджидал его в амбаре, внешний вид которого тщательно поддерживался ветхим и обветшалым. Джефферсон поднялся на борт и, можно сказать любовно, установил голографическую пластину на пустое сиденье рядом с ним. Ему удалось получить копии предварительного набросков, но он никогда не ожидал получить точное изображение готовой скульптуры, его улыбка была отвратительной, когда он запустил двигатель, активировал совершенно незаконное, даже для него, поле невидимости и тихо поднялся в ночное небо.

Это было не долгое путешествие, хотя разум говорил ему, что он не должен был этого делать, но он хотел доставить это лично, и риск был небольшой. Но даже если бы он был и большим, он бы сделал этот полет сам. Бывало, что его жизнь в постоянном обмане страшно надоедала ему, и тогда он хотел - жаждал - выполнить свою работу сам. Он построил свою игру, как гроссмейстер, но, также, в нем жил азартный игрок, который иногда чувствовал потребность бросить игральные кости своими руками.

Он приземлился возле сарае-подобного сооружения и ввел сложный код допуска через нейроинтерфейс. Последовала небольшая пауза и дверь открылась. Имперские машины безмолвно стояли в свете ярких ламп над головой, когда он к ним приблизился, чтобы встать рядом с грандиозной по масштабу скульптурой, которую в точности воспроизвели эти машины по эскизам, которые он им предоставил.

Сутулый мужчина повернулся, чтобы его поприветствовать. Наметанный глаз художника подсказал ему, что он никогда раньше не видел неприкрытое лицо своего работодателя, и обрадовался этому, посчитав, что ему доверяют. Он не знал, что он тоже будет устранен, в любом случае, когда его задача будет выполнена. Лоуренс Джефферсон не оставлял никаких шансов.

“Добрый вечер,” произнес сутулый мужчина. “Никто не говорил мне, что вы приедете лично, сэр.”

“Я знаю. Но я принес тебе подарок.” Джефферсон установил голографическую пластину на рабочий стол и нажал на кнопку.

“Великолепно” выдохнул мужчина. Он переводил взгляд туда и обратно между скульптурой и его собственной работой. “Я вижу что нужно изменить несколько деталей. Надо сказать, сэр, что это еще более впечатляюще, чем на эскизах.”

“Я совершенно согласен,” искренне сказал Джефферсон. “Задержки с завершением не будет?”

“Нет, нет. Это только вопрос организации ввода данных, а затем лишь разрешить скульптурным модулям делать свою работу.”

“Отлично. В таком случае, я бы хотел, чтобы вы принялись за дело и ввели их сейчас; Мне нужно забрать это с собой, когда я уйду.”