Дэвид Вебер - Наследники империи

Хор искренних голосов сказал ей спасибо, и она сделала руками прогоняющий жест.

“Тогда уходите, ужасное братство!” скомандовала она, и кавалькада понеслась обратно по коридору (хотя и менее стремительно, чем раньше).

Адрианна улыбнулась им в след, и продолжила своё прерванное путешествие. Шон, размышляла она, был темноволосой версией своего отца с тем же крючковатым носом и оттопыренными ушами-его нельзя было назвать красавцем, но, похоже, что он будет выше ростом чем его родители.

Гарриет, с другой стороны, была уменьшенной копией своей матери . симпатичный ребенок, который скоро превратится в удивительную красавицу. У обоих близнецов были глаза Джилтани, но у Гарриет они были более мягкие. Не менее живые, но более нежные. Фактически, размышляла Адрианна, она взяла больше от мудрой индивидуальности Колина, в то время как Шон смешал абсолютное бесстрашие своей матери и юмор своего отца в добавок к своему собственному. Скоро этот мальчик будет настоящим разбивателем сердец.

Она вышла из задумчивости, достигнув своей цели, и дверь скользнула в сторону, пропуская ее в кабинет к Колину. Император поднял глаза от своих бумаг и махнул рукой на кресло.

“Садитесь, Адрианна. Я освобожусь через минуту.”

Адмирал Роббинс сидела, привередливо разглаживая рукав своей униформы, терпеливо ожидая пока Колин, закончит очередной платеж его бесконечной бумажной волокиты. -Он сбросил данные-и их решение-обратно в компьютер, а затем откинулся на спинку стула и скрестил ноги.

“Я вижу, что Вы уклонились от громоподобного стада,” произнес он, и она поглядела на него с удивлением. “У меня есть системы наблюдения в общественных коридорах, помните? ‘Маленькие дьяволята’ это точно!”

“О-о, они не так уж и плохи. Шустрые, но, уверяю вас, я ничего не имею против.”

“Никто не против. Ну, никто кроме Танни, возможно. Маленькие дьяволы симпатичны как гроздья бутонов, и они знают это.” Он покачал головой и вздохнул. “Да, хорошо. К делу. Между прочим, спасибо за то что так быстро пришли.”

“Так работает Империя, Ваше Величество.” Если говорят кому то, иди, то он идет, и все такое. Но я должна признать, что вы пробудили во мне любопытство. Что за щекотливый вопрос, что мы не могли обсудить его по интеркому?”

“Я, вероятно, просто параноик”, сказал Колин более серьезно,” но эти демонстрации против Нархани становятся только хуже, а не лучше, поэтому я не хотел бы давать ни какого шанса утечке. Что у меня на уме или как я собираюсь сделать их намного лучше … или, чертовски много хуже.”

“Я терпеть не могу, когда вы становитесь загадочным, Колин,” вздохнула Адрианна.

“Извини. Просто я ломал себе голову над этим несколько месяцев, прежде чем решился, и я зол на себя за то, что думал так долго, вместо того что бы сделать это в первую очередь. Я открываю Академию для Нархани.”

“О, Боже!” Адрианна вцепилась в свои бронзовые волосы и застонала. “Ну почему всегда - я? Как Вы думаете на все это отреагируют журналисты? Они же будут везде преследовать меня, вытаптывая кустарник вокруг моей квартиры!”

“Да, ладно!” усмехнулся Колин. “Первое поколение клонов не будет готово, раньше Шона и Гарри-так что у вас еще есть время для работы лопатой.”

”’Работы лопатой,’ говорит он! Вы имеете в виду, Работы бульдозером! К счастью,” она улыбнулась скорее самодовольно, “Я об этом думала еще с год назад. С тех пор мы работали над модификацией программы.”

“Да?”

“Конечно, да. Боже, Колин, вам не кажется, что я знакома с вами достаточно долго, чтобы понять, как вы думаете? Это иногда отнимает у вас какое-то время, но вы обычно приходите к правильному решению рано или поздно.”

- Вы, - Колин оглядел ее,- имеете худшие манеры среди всех флотских офицеров в галактике.

- Я на службе. Хотите увидеть мое “официальное лицо”? - Ее улыбка мгновенно превратилась в строгое и холодное выражение лица, глаза пристально оглядели его в течение десяти секунд, прежде чем она расслабилась с усмешкой. - Я держу его в коробке на шкафу, когда я в нем не нуждаюсь.

- Боже, ничего удивительного что все боятся вас!

- Лучше меня, чем плохих парней.

- Верно. На самом деле, я хочу от вас немного больше, чем изменения в вашей программе. Я хочу, чтобы вы поддержали предложение.

- Ну, конечно, - сказала она с некоторым удивлением. -Почему бы и нет?

- Я имею в виду что вам придется общаться с прессой, - пояснил он, и она поморщилась. Одна из вещей, которые ей больше всего понравились в Имперском Уставе было то, что он гарантирует свободу слова, но не превращает журналистов, в оловянных (?) божков. Имперские законы о частной жизни и, тем более, законы о клевете приводили в шок земных журналистов, и если где-то была форма жизни, которую Адриенна Роббинс действительно презирала, то это были журналюги. Они превратили ее жизнь в ад после осады Земли и кампании у Дзеты Треугольника.