Сергей Михайлов - Пост

Но увидел я не их. Похоже, доля невезения, отмеренная на этот день, еще не закончилась. На той стороне из-за поворота появился человек. Из кустов, на открытое место шагнул рослый мужик в пятнистом камуфляже. На груди автомат, руки на автомате, на руках обрезанные тактические перчатки. Спецназ. Москвичи. Он сразу уставился на понтон. Еще секунда и он заметил меня.

Я понял это, потому что мужик закричал и, срывая автомат, побежал вдоль берега. Выбора у меня не было - я быстро схватил то, что лежало рядом - это оказался нож, от которого я хотел отказаться, сунул его в карман, подхватил под мышки ребенка и яйцо, и помчался к спасительной стене леса.

Сзади раздался треск разрываемой ткани - короткая очередь из Калашникова. Меня ужалило в икру, я споткнулся и рухнул. Яйцо и Иван улетели вперед, в кусты.

****

Ольга психовала - она чувствовала, как ребенок зовет её, а она ничего не могла сделать. Все остальное, все, что сейчас с ней происходит - все было не важно. Важна была только цель, от которой она сейчас отклонялась. Надо прорываться - Игорь один не справится, он не понимает детей. Она уже в который раз пожалела, что бросилась спасать Илью. И его не спасла, и сама вляпалась. Однако так она думала, только когда тревога за детей особенно сильно сжимала её сердце. Когда немного отпускало, Зумба нисколько не сомневалась, что поступила правильно. Гнома, действительно, прижали и ему требовалась помощь. И она помогла. Другое дело, что спецназ вцепился мертвой хваткой и даже ночью им не удалось оторваться от них. А сегодня они так насели, что пришлось опять расставаться. Думали, если разорвем группу, будет легче. Но легче пока не стало.

Время сделало круг, и сейчас она сейчас сидела у той же скалы, где когда-то уже воевала и где её спас своим приказом незнакомый боец из охраны Добытчиков. И опять, так же как в прошлый раз она прижата спецназом из Центра.

Москва, похоже, знала что-то такое, чего не знала даже она - иначе, зачем ей вкладывать столько сил и средств в это дело. Одно то, что использовались вертолеты, которых как она раньше считала, и на свете не осталось - говорило о многом. Сколько горючего, патронов, и прочего - похоже, Москва так и осталась самой богатой, несмотря на прошедший апокалипсис. В прошлый раз, когда Ольга столкнулась с москвичами, они явно прибыли по наводке на Базу, и они все знали, про нее, про то, что она измененная. Это ладно - про Комплекс, они, конечно, могли знать, вполне возможно, что у них там шпионы, посаженные еще до войны. Даже не возможно, а точно - КГБ, а потом ФСБ никогда такие ведомства из виду не выпускало. Но вот откуда они узнали про детей? Нынче, они явно охотятся за ними. Сама Ольга узнала, что надо спасать детей только несколько дней назад, а в Комплексе об этом никто не должен знать. Даже та женщина - Елена Владимировна. Во всяком случае, так говорил Главный.

Размышления прервали. Усиленный громкоговорителем голос снова начал уговаривать её. Это продолжалось уже пару часов.

- Пошли вы... - прошипела Ольга. Однако подумала - а может сдаться? Если они действительно все знают, я им очень нужна. Но она тут же вспомнила, как к ней отнеслись спецназовцы, когда она попала к ним в руки прошлый раз. Лишь один вел себя по-человечески, остальные относились к ней, как к твари. Нет, ну вас на хрен.

Но, больше ничего в голову ей не шло. 'Ладно, раз убивать вы меня не хотите, я еще потяну время. Может, дотянем до темноты. А там глядишь, и Илья со своими подоспеет'. Она хорошо помнила, как в прошлый раз произошло подобное. Она опять подумала, что время вернулось на ту же колею. Ситуация почти повторялась и игроки все те же. Может и с рекой получится как в прошлый раз? Нет, теперь этот номер не пройдет. Прикрывать её некому, только побежит, сразу подстрелят и раненую возьмут. Они бы и сейчас это сделали, но здесь в скальной выемке, прикрытой деревьями и кустами, они её не могут разглядеть. А ей, любой нападающий виден как на ладони, перед самой скалой надо лежала неширокая поляна.

Патронов у нее, конечно, маловато, но их никогда много не бывает. Кроме того, еще есть граната. Она пожалела, что Ф-1 отдала, надо взять себе - она помощнее, а Игорьку ргдэшку отдать. Прекрати - оборвала она себя, - ты не знаешь, как он там. Может, ему она будет нужней. Связь с детьми оставалась и пока она чувствовала, что все в порядке. Они звали её, но только потому, что она им ближе, чем Игорь, почти одной крови, как сказала тогда медсестра. Однако Ольга все равно переживала, как и Илья, ведь дети это было главное в этом мире.