Сергей Михайлов - Пост

Зумба почувствовала, что скоро будет поляна - лес редел и впереди стало заметно светлее. Хоть небо и было затянуто дымкой, и солнце лишь изредка пробивалось в полную силу, все равно день был приятно теплым. Словно не было вокруг ни тварей, ни Московского спецназа, ни Самобороны. Если бы не автомат, бьющий по спине при ходьбе, можно было нафантазировать, что она у бабушки и пошла в лес за грибами. Лес вокруг был точно такой же, как и вокруг бабушкиной деревни.

Вдруг ноздри уловили чуть заметный запах дыма. Теперь, после болезни, обоняние у нее стало не хуже, чем у собаки. Ольга совсем остановилась и принюхалась. Так и есть - пахнет человеком. Еще один порыв ветерка принес запахи костра и готовящейся пищи. Аромат разогреваемой тушенки не спутаешь ни с чем. 'Наши!' Запасы тушенки сохранились только на Базе. Там, вообще, продуктов было столько, что можно было кормить город. Курсантов во время учебы иногда гоняли на подземные склады, и она сама видела, уходящие в бесконечность, штабеля ящиков и коробок с консервами.

Раньше, до сегодняшнего утреннего боя, этого доказательства - костра с горячей тушенкой, ей бы вполне хватило. Однако теперь в Лесу появились новые силы, а у 'москвичей' вполне возможно наличие не только тушенки, но и шоколада.

Она прикинула, сколько ей еще до открытого места, осторожно прошла еще метров двадцать, затем опустилась на землю. Перехватила ремень автомата под ствол и поползла - главным уроком за все время после мирной жизни уже давно стало: осторожность, прежде всего. Только так можно выжить в этом мире.

Она остановилась почти на краю небольшой поляны. Поляна прижималась к такой же лесной дороге, по какой она шла вчера и где её чуть не захватили 'москвичи'. Забившись под разросшийся куст, Ольга приподняла голову и облегченно вздохнула - у небольшого походного костра сидели трое. Все с эмблемами Самообороны.

Кабинет был огромным. Ольга даже не ожидала, что такое помещение есть на базе. 'Здесь можно роту рассадить и занятия проводить', - думала она, разглядывая окружающее. Высокий потолок со скрытой подсветкой. На светлых стенах множество светодиодных светильников. Посредине овальный стол - зеленый и огромный, словно стадион.

Она сидела за ним и чувствовала себя не Зумбой - командиром патрульной группы, в руках которой была жизнь и смерть её людей, а маленькой девочкой-школьницей в кабинете директора. Был в её ранней школе такой случай, когда она разбила большое зеркало в школьном коридоре и потом, дрожа, также сидела в директорском кабинете.

Когда патруль, с которым она шла, добрался до своей деревни, она поняла, что стала знаменитостью. По дороге, рация, с нарастающей частотой, взрывалась вызовами. Под конец, похоже, разговаривал кто-то из больших чинов Базы. Старший группы даже остановился и вытянулся, постоянно кося удивленным глазом в её сторону.

В лагере их уже ждали - Ольгу и новых сопровождающих усадили в старый патрульный УАЗ и через четыре часа она оказалась в этом кабинете. Сегодня она впервые миновала третий этаж. Один из молчаливых охранников, встретивших её еще на КПП, в лифте нажал кнопку с цифрой четыре. Лифт беззвучно ухнул вниз, и Ольга про себя мрачно пошутила - с каждым разом все глубже и глубже, так и в конце концов, и в ад попаду. Она еще не знала, насколько верно её предположение.

****

В противоположной, абсолютно ровной стене, вдруг появилась щель. Она начала бесшумно расти и через несколько секунд в стене открылся проем. Бронированная дверь - поняла Ольга - значит, весь бункер такой. Готовились к войне.

Дверь открылась, но оттуда никто не появлялся. Ольга занервничала - что за черт? Они что - специально меня из равновесия хотят вывести? Как бы то ни было, а это хозяевам удалось. Зумба не знала, что сейчас делать. Может встать надо?

В этот момент в проеме наконец появился человек. Он был в такой же черной форме, как и большинство управленцев Базы, но ни на плечах, не на груди не было никаких знаков отличия. Ольга сразу отметила, что, не смотря на военную форму, мужчина явно не строевой офицер. И дело было не только в очках с тонкой позолоченной оправой, придававших ему профессорский вид. Ольга не смогла бы объяснить - чем этот человек отличается от профессионального вояки, но убеждение было твердым - это гражданский. Однако, гражданский из тех, кто всю жизнь командовал.

- Садись, девочка, - разрешил вошедший - увидев его, Ольга все-таки вскочила.

Этот хорошо поставленный властный голос показался ей знакомым, где-то она его уже слышала. Хотя, могла поклясться, что никогда не видела этого мужчину. Холеное волевое лицо, высокий лоб с залысинами - все это она видела в первый раз.