Андрей Арсеньев - Хадур

Паша заплакал.

А мы скажем: спасибо Господу и сынку его Иисусу за то, что Паша не видел той ужасной смерти, которая пришла за его престарелыми родителями.

Священник посмотрел на мальчика и подошел к нему. Паша поджал ноги к груди и обхватил их руками, голова лежала на коленях, и Священник услышал всхлипывания. Он сел рядом с мальчиком, а ружье положил на покатую крышу. Солнце скрылось за огромной тучей, и городок потерял те краски, которые в нем оставались.

– Ты плачешь о своих родителях? Давай помолимся о них, – в голосе Священника слышалось умиротворение, но также присутствовала некая доля лукавства, лживая улыбка мелькнула на лице. Паша промолчал, даже не поднял головы. – Господи Всесильный, Господи Всеблагой, коленопреклоненно молю Тебя о великом чуде…

– Ваша молитва не имеет значения, – Паша перебил Священника и поднял на него сырые глаза. – Мои родители мертвы. И бог им уже не поможет.

– Может ты и прав. Может, и нет, – Священник опустил правую руку на плечо Паши, затем провел по спине. – На все воля божья, мы не в силах что-то изменить.

– Я не верю в Бога, – произнес Паша, а Священник запустил руку под куртку и начал гладить мальчика уже по голой спине. – Зачем вы меня трогаете? – Паша резко встал и отошел от Петра. На лице мальчика отразилось удивление и непонимание действий Священника. – Я… я все расскажу Антону… или Лидии!

– Паша, Паша ты чего, не надо никому ничего рассказывать, – Священник поднялся, на лбу выступил пот, а глаза испуганно забегали.– Я же просто хотел тебя успокоить, чтобы ты не плакал. Бог все видит, я не желаю тебе зла.

Священник посмотрел на Пашу и понял, что мальчика уже не интересует то, что произошло минуту назад, его внимание приковало другое событие. И это событие, судя по взгляду мальчика, стремительно развивалось у старика за спиной. Он обернулся и вдалеке увидел Антона, на расстоянии в несколько метров за ним несся Максим и кричал, чтобы Антон побежал в другую сторону. Но тот не реагировал на крики. А спринтерский забег людей замыкала стая верещащих мутантов. Двадцать, может, двадцать пять тварей! Этого количества вполне хватит, чтобы заразить всех кто есть в доме. Священник автоматически перекрестился и попросил Господа не забирать его жизнь, поднял ружье с крыши и прицелился.

Пуля попала одному мутанту в руку, но это не остановило его, лишь на мгновение задержало. Вторая пуля взъерошила землю у ног Максима, и Священник решил, что с такого расстояния он не попадет точно в голову ни одной твари.

– Паша беги в дом! – Священник встряхнул мальчика за плечо, и тот выбрался из оцепенения. – Бери Лиду и Машу, спрячьтесь в комнате, – Священник говорил очень быстро, но Паша все понял. – Я открою дверь ребятам, и мы вас найдем. Давай, давай!

Он помог Паше залезть в чердачное окно.

– Да храни нас Господь, – буркнул Священник и скрылся в черном окне.

Максиму так и не удалось остановить или перенаправить Антона, ведь военного направлял страх. А звук, похожий на громкий клокот, усиливал этот страх, заставлял Антона бежать и ни о чем не думать. Просто мчаться в укрытие и плевать на то, что под угрозой оказываются жизни друзей.

Бежать. Спрятаться. Бежать. Спрятаться, — единственная мысль, состоящая из двух слов, крутилась в голове человека.

Максим видел, что военный почти добежал до дома, но обшарпанная дверь предательски закрыта, и Максим не сомневался, что она заперта изнутри на засов. Но, возможно, им повезет, и дверь окажется открытой.

Антон уже приближался к преграде и в тот момент, когда он должен был столкнуться с дверью, та медленно растворилась. На секунду Максим увидел перепуганного Священника на пороге, но его моментально снес Антон своим крупным телом. Оба повалились на пол, и мрак почти скрыл людей из видимости.

Если Антон упал сверху то, возможно, переломал ребра Священнику, подумал Максим и ускорился.

Он вбежал в темное помещение резко захлопнул дверь и навалился на нее спиной. Чуть впереди послышалась возня тел, а затем глубокий вдох Священника.

– Где засов? – Крикнул Максим.

– У стены, там, – голос Петра звучал тихо и хрипло. Видимо, Антон упал ему прямо на солнечное сплетение.

Глазам Максима потребовалось несколько мгновений, чтобы привыкнуть к темноте, и он увидел засов, прислоненный к стене. Максим схватил массивный деревянный засов и быстро воткнул в металлические скобы. И в этот миг дверь сотряслась под первыми ударами мутантов. Они неистово верещали и колотили в уже закрытую дверь.