Дэвид Вебер - Луна мятежников

У Ганхара затряслись поджилки. Даже с применением имперских технологий операции по пересадке мозга оставались трудными и рискованными, определенного процента несчастных случаев избежать было невозможно. Ганхар всегда думал, что Ану решает, чья операция окажется неудачной, но не предполагал, что Инанна может делать это по своему усмотрению.

– Но, – продолжала Инанна, – нам все-таки придется решить, что с ним делать до тех пор. Если бы он как-нибудь покинул пределы анклава, то, возможно, попал бы в катастрофу. Это был бы подходящий способ избавиться от него, Киринал и тебя, не так ли? Ты отвечаешь за внешние боевые операции… он твой злейший соперник… Кто удивился бы, что все так произошло?

– У тебя странный способ убеждать «союзника» в своей искренности, – осторожно заметил Ганхар.

– Я лишь доказываю, что могу говорить с тобой честно, Ганхар. Разве моя открытость не ободряет тебя?

– Не особенно.

– Ну, вероятно это мудро с твоей стороны. Вот моя позиция: ты действительно гораздо умнее Джанту – менее скользкий и более сообразительный. Именно поэтому я думаю, что твои планы убить Ану и меня не предполагают немедленного исполнения задуманного. – Она весело улыбнулась собственным словам. – Но если ты исчезнешь из уравнения, то у Джанту хватит глупости, чтобы решить реализовать свои планы немедленно. У него ничего не получится, но он ведь не знает об этом, и в конце концов все может закончиться рукопашной. Если это произойдет, то Ану или я можем оказаться в числе пострадавших, а мне бы этого не хотелось.

– Почему бы не сказать об этом Ану?

– Ты слишком предсказуем, Ганхар, в своей способности меня разочаровывать. Ты должно быть сам безумен, если считаешь, что я, врач, не вижу очевидного. Ану – сумасшедший. Если хочешь знать, его болезнь называется «прогрессирующая паранойя, осложненная манией величия». Он сейчас на одной из начальных стадий, но болезнь развивается неумолимо. И раз уж мы сейчас настолько откровенны, то надо признать, что в ситуациях, подобных нынешней, паранойя может спасти жизнь.

Я, вероятно, единственный человек, которому он доверяет, и главным образом потому, что я никогда не была замечена в наших маленьких интрижках, поскольку очень тщательно это скрывала. Но если я предупрежу Ану о Джанту, то он подумает: а не мутим ли мы с тобой воду на пару? Ану, как известно, не склонен к полумерам и просто-напросто уничтожит всех троих. Такой вариант меня тоже не устраивает.

– Ты могла бы…

– Осторожно, Ганхар! – Она наклонилась к нему. Ее глаза превратились в два черных опала, а тихий-тихий голос стал похож на змеиное шипение: – Очень, очень осторожно выбирай, что мне предложить. Конечно я могла бы. Помимо всего прочего, я – его лечащий врач. Но я никогда этого не сделаю. Запомни это.

– Я… понимаю, – сказал Ганхар, облизывая губы.

– Сомневаюсь.

Ее взгляд смягчился, и это, почему-то, еще сильнее испугало Ганхара. Инанна покачала головой.

– Сомневаюсь. Но это не важно. Важно то, что у тебя, по крайней мере сейчас, есть союзник против Джанту. Я сделаю все, что смогу, чтобы во время совещаний отвести огонь от тебя, и буду поддерживать тебя против Джанту и, возможно, даже тогда, когда ты будешь прекословить ему. Я буду это делать, хоть и не всегда открыто. И когда мы начнем восстанавливать сеть военных баз и тренировочных лагерей, я хочу, чтобы ты был под рукой и возглавил этот процесс.

– Ты имеешь в виду, что хочешь, чтобы я был под рукой потому, что не хочешь, чтобы этот процесс возглавлял Джанту? – спросил Ганхар, глядя ей прямо в глаза.

– Ну конечно. Разве это не одно и тоже?

Это было совершенно не одно и тоже, однако Ганхар предпочел не заострять на этом внимание. Некоторое время Инанна внимательно изучала его, как будто хотела прочитать его мысли, а затем кивнула.

– Я вижу, что твой маленький мозг заработал в нужном направлении, – сухо заметила она. – Это хорошо. Как союзник союзнику советую тебе подготовить какой-нибудь убедительный план для Ану, четкий и впечатляющий по своим масштабам. План на самом деле не обязан добиться чего-либо существенного, сам понимаешь, однако немного жестокости будет весьма кстати. Ану это понравится. Ответный удар, любой вид противодействия всегда успокаивает людей, страдающих манией величия.

– Я… – Ганхар внезапно замолчал и глубоко вздохнул. – Инанна, ты не можешь не понимать, какую информацию только что передала мне. Я не собираюсь предлагать тебе заговор против Ану. Ты права, я не понимаю почему ты так относишься к нему, но принимаю это. Но разве тебя не беспокоит то, что я могу сделать при помощи данных, которые ты мне сейчас предоставила?