Дэвид Вебер - Луна мятежников

Конечно, информации было слишком много, чтобы человеческий мозг мог с ней справиться, но Колин бегло просматривал основное содержание, и, хотя оставаться бесстрастным при этом было очень нелегко, он владел собой. Гор преуменьшил масштабы войны, которую он и его соратники вели против Ану. Открытые столкновения были нечастыми, однако в составе экипажа «Нергала», вначале насчитывавшего двести три взрослых человека, теперь осталось меньше семидесяти имперцев. Возраст и раны проредили их ряды.

Колин и Гор задержались, совещаясь друг с другом и компьютерами посредством нейроинтерфейса, в то время как остальные члены Совета отправились выполнять свои обязанности. Остались только дочери Гора.

Исис иногда вставляла слово, стараясь следить за их наполовину немым разговором, а Джилтани молчаливо и угрюмо присутствовала на линии связи. Она ничего не предлагала, ничего не спрашивала, но Колина ужаснула ее холодная, всепоглощающая ненависть, направленная на него.

Он никогда не предполагал, что эмоции могут окрашивать нейросвязь. Возможно, потому, что прежде использовал ее только в общении с Дахаком. Или горькие эмоции Джилтани были слишком сильны. Колин удивлялся, почему Гор просто не попросит ее удалиться, к тому же у него было очень много вопросов насчет Джилтани и ее места в маленьком, странном обществе, о существовании которого он и не мог прежде подозревать.

– Хорошо, – наконец вздохнул Колин, устало потирая виски. – Не знаю, как вам, но мне нужна передышка, пока мои мозги не сгорели.

Гор понимающе кивнул, Джилтани фыркнула, и Колин с трудом подавил желание рявкнуть на нее.

– Должен сказать, что этот Ану гораздо больший ублюдок, чем я ожидал, – продолжал он, помрачнев. – Я размышлял о том, как ему удается управлять стадом своих последователей, но я никак не ожидал такого.

– Знаю. – Гор посмотрел на свои сильные морщинистые руки. – В каком-то очень жестоком смысле это оправдано. Кроме того, в отличие от нас, у него действительно есть полное медицинское обеспечение для этого.

– Но использовать его таким образом, – возразил Колин, и его снова пробила дрожь, ибо «жестокий» было слишком мягким словом для обозначения того, что сделал Ану. «Дахак не предполагал, что подобное возможно, – подумал Колин, – хотя ему следовало бы знать об этом».

Два вопроса беспокоили МакИнтайра больше всего. Первое: как Ану и его ближайшему окружению – все вместе не более восьмисот человек – удавалось контролировать пять тысяч имперцев, большинство из которых, как и Гор, ужаснулись, узнав правду о своем лидере? Второе: как могли биотехнически обеспеченные имперцы наблюдать за манипуляциями с целой планетой и не зачахнуть прежде, чем появятся технологии, позволяющие им сбежать с Земли?

Медицина Империума предложила кошмарное по своей простоте решение этих двух проблем. «Ненадежные» элементы общества просто не просыпались. В то время как анабиоз позволял спать веками по мере необходимости, Ану и его старшие помощники бодрствовали очень долгое время.

К настоящему моменту Ану сменил уже десятое тело.

В Империуме техникой клонирования в совершенстве владели до того, как был открыт надежный способ регенерации тканей, и клонирование использовалось только для получения трансплантатов. Но на военных кораблях-спутниках не было необходимого оборудования для выращивания полноценных клонов, поскольку подобные программы могли осуществляться только в крупных медицинских центрах и по очень особым случаям. А за такое использование даже клонов всем причастным полагалась смертная казнь. Каким бы гнусным преступлением это ни являлось в свете сложного, но беспрекословно выполняемого законодательства Империума, то, что делал Ану, было гораздо хуже. Когда наступала старость, он просто-напросто выбирал кандидата из числа своих сторонников, находящихся в анабиозе, чей мозг заменяли на мозг Ану. Пока у него в распоряжении было достаточное количество тел, он действительно был бессмертным.

Так же поступали его ближайшие приспешники, но если Ану, Инанна и еще несколько человек правящей верхушки использовали только имперские тела, то все остальные, вроде Аншара, были вынуждены довольствоваться телами землян. В этом случае была велика опасность отторжения пересаженной ткани, но выбор был велик, и медицинские возможности Инанны, хоть и проигрывающие в сравнении с возможностями Дахака, позволяли вносить минимальные биотехнические усовершенствования и в земные тела.