Роберт Бюттнер - Удел сироты

Говард сдвинул лицевую пластину, так что теперь смог сфокусировать взгляд на Брэйсе.

– Вы видели приказы. Если ваши истребители смогут подбить корабль слизней , мы должно тот час перебраться к нему на борт для сбора информации. То что удастся нам добыть, будет стоит дороже золота.

Ложь достойная настоящего шпиона. Однако в ней имелась крупица истины, достаточная, чтобы обмануть любого, кто мыслил прямолинейно по типу Брэйса. Казалось логичным, как можно скорее запустить программу по изучению технологии псевдоголовоногих . Как и в остальных случаях, эта ложь могла остаться не раскрытой лишь пару дней. Но мы и в самом деле были тремя самыми величайшими экспертами по слизням на Земле. Кого еще могли послать? Очевидно, наша «легенда» пока работала. Было бы очень обидно проиграть. Говард умел классно лгать, и он прикрывал нашу троицу. По крайней мере, ему нужно было продержаться всего несколько дней.

Сержант-техник Космических военных сил, просунул голову в дверь трейлера.

– Посадка через минуту!

В течение шестидесяти секунд в трейлере был слышен лишь шорох застежек обмундирования, тяжелое прерывистое дыхание и чей-то шепот, возносящий молитву Всевышнему.

Вновь сержант-техник открыл дверь трейлера.

– Дамы и господа, настало время шоу.

Мое сердце трепетало, когда мы – пятьдесят человек, прошли по Эспланаде к « Звезде ». Модуль со спущенным трапом застыл посреди газона черной травы. Внутри « Звезда » была залита бледно-красным светом. Теперь только крошечный отряд людей стоял между человеческим родом и концом того мира, который мы знали.

Я с трудом волочился в скафандре в сорок кило весом в земной гравитации.

Все мы, с трудом ступая, поднялись на борт. Потом каждому из нас пришлось открыть рот, и медик вложил нам под язык противоперегрузочные пилюли, размером с добрую горошину. Свою последнюю прогулку по Луне я тоже совершил, находясь под действием какой-то дряни… Эти пилюли должны были удержать нас от тошноты. Внутри модуля мы сидели очень плотно: нос к носу, бок к боку. Таблетки должны были помочь и в том случае, если бы забарахлила система жизнеобеспечения « Звезды », рассчитанная на вдвое меньшее число пассажиров. К тому же спускаемый модуль не предназначался для дальних перелетов таких, как путешествие между Землей и Луной.

Мини Озейва и ее второй пилот уже давно находились на борту, проверяя все системы. Если модуль не сможет вытащить нас на орбиту, если пилоты не смогут дозаправить модуль, или случиться еще какое-то «если», это будет конец всему. Все мои встречи с Озейвой обычно заканчивались тем, что она ругала меня, но мне это почему-то нравилось. А вообще, во время полета полагалось спать.

Офицер Космических сил, выполняющий роль стюарда, втиснул меня в кресло, затем его рука скользнула вниз по моему скафандру. Он отыскал на грудной пластине соответствующие гнезда и подсоединил меня к бортовому компьютеру и медицинскому монитору.

Я сладко зевнул.

– Сладких снов, генерал.

Очень сомневаюсь.

Через три дня Говард, Брамби и я сидели среди офицеров « Эскалибура » и потягивали горячий, бодрящий кофе, дрожа в застоялом, ледяном воздухе. Система восстановления воздуха не работала несколько месяцем, и это чувствовалось. Нам предоставили неубранный зал. Каждый из пилотов был занят проверкой собственного модуля, а тем временем Брэйс и его двадцать пять членов команды получили судно по размеру много большее, чем стадион «Янки» [81].

Неудивительно, не смотря на то, что эта миссия считалась самой важной в человеческой истории, трое из нас – точнее четверо, если считать Джиба, который сидел у меня на плече – не собирались ничего делать. Мы отдыхали, плетя нити заговора.

Брамби откинулся на спинку стула и едва ли не плавал на нем. До тех пор, пока « Экскалибур » полностью не раскрутился, он весил около трех киллограммов.

– А что собираются делать остальные?

Говард, которому никогда не мешала ни пониженная гравитация, ни пехотное снаряжение, снял шлем и водрузил его на стол. Его дисплей сверкал в визоре словно вопросительный знак. Я перегнулся через сто, вытянул палец и нажал на выключатель.

Брамби и я знали официальную версию наших планов… Если кто-то из Космических сил дознается о том, что мы затеяли, мы вернемся домой не осуществив наши планы.