Андрей Дашков - Стервятник

Один Люгер исчез в лабиринте. Второй также продолжал свой путь и закончил его за ужином в трапезной барона Ховела.

31. СКЕЛ-МОРГОС

Все имеет свой конец. Завершился и долгий полет "Бройндзага". Люгер узнал об этом, когда слуги барона разыскали его в лабиринте и вывели на палубу, к палящему южному солнцу.

За многие сутки, проведенные в полумраке, его глаза отвыкли от дневного света. За спиной он слышал тяжелое дыхание Кравиуса и был рад даже такому спутнику... Они стояли в тени густо-фиолетовых парусов, а корабль окружали тяжелые соленые воды озера Гайр, на берегу которого находился Скел-Моргос.

"Бройндзаг" на всех парусах уходил от угрюмого скалистого острова, черной горой возвышавшегося на западе. На острове не было растительности и ничего, хотя бы отдаленно похожего на человеческое жилье. За многие тысячелетия ветры, дожди и лучи солнца создали собственную архитектуру мертвый город покосившихся башен, темных арок, искривленных мостов над бездонными пропастями, и стен, за которыми не было комнат. Зато сложнейшая система пещер, целый подземный дворец, уходила глубоко в тело земли, располагаясь намного ниже уровня воды в озере.

"Бройндзаг" оставил позади остров Лигом, гнездо черных магов Морморы, но ни Люгер, ни аббат еще не знали об этом. Для них остров был пока просто мрачной скалой, местом безвестной стоянки летающего корабля.

Впереди уже был виден другой берег - узкая темная лента континента, иззубренная башнями древнего города Скел-Моргос. Чем дальше к югу, тем все более странной становилась природа, а так далеко от Элизенвара Стервятник не бывал никогда...

Юг был местом, где началась Катастрофа, распространившаяся затем на весь обитаемый мир. Оттуда же приходила чума и другие болезни, для которых не существовало названий. Между Морморой, Круах-Ан-Сиуром и страной южных варваров пролегала широкая полоса опустошенных земель и разрушенных городов. Если верить аббату, люди с севера крайне редко пересекали ее, а варвары, видимо, просто не могли существовать за пределами своих земель, изменившихся после Катастрофы до неузнаваемости.

Однако тлетворное влияние юга ощущалось уже здесь, на берегах Великого озера Гайр. Леса деревьев-гигантов, населенные чудовищными тварями, чередовались с участками суши, на которых вообще ничего не росло. В огромных непроходимых болотах теплилась чуждая людям ночная жизнь, дававшая знать о себе вспышками таинственных огней и полуночным воем. Здешние реки кишели гигантскими червями и слепыми панцирными рыбами, похожими на тяжеловооруженных воинов в доспехах, но у них не было врагов, кроме аборигенов и ядовитых дождей, приносимых ветрами с юга.

У женщин Морморы дети-уроды рождались гораздо чаще, чем в северных странах, а иногда, очень редко, на свет появлялись и существа со сверхъестественными способностями. Но и тем и другим не было места среди обычных людей; им оставалось либо умереть, либо уйти в пустыню, к руинам чужих городов на далеком юге, где, согласно легендам, могли найти приют искалеченные, безумные и отвергнутые.

За время междоусобной войны, вспыхнувшей после захвата власти Сфергом, население Морморы уменьшилось вдвое. Нищета и лишения развратили когда-то вполне благополучный народ, а непрерывная вражда уничтожила его лучшую часть. Уже более десяти лет страна представляла собой сплошной военный лагерь. Толпы беженцев тянулись в соседние Алькобу и Круах-Ан-Сиур. Некоторые, наиболее отчаявшиеся, долгому и опасному путешествию через всю страну предпочли бегство на юг, преисполненные наивной надежды на то, что за полосой ада вдруг окажется рай.

Скел-Моргос из прекрасной столицы, в садах которой бушевала вечная весна, превратился во временное пристанище чиновников, проходимцев и военных, малолюдный лабиринт, небезопасный для одинокого безоружного прохожего, место, где многие исчезли бесследно, а кое-кто нашел мучительную смерть.

На окраинах города промышляли банды, терроризировавшие уцелевшее население, но не представлявшие угрозы для мощной военной машины Сферга. Дворцы стали похожи на могильники, а заброшенные парки - на дикие леса, в которых безраздельно господствовали стаи одичавших собак и даже волки, забредавшие из южных степей в поисках пищи.

Стаи крылатых насекомых, опасных для человека, гнездились в чердаках заброшенных домов и полузатопленных подвалах. Туда уже никто не решался входить. Затхлая вода бассейнов и озер отражала лишь равнодушный диск солнца, парящий над разоренным городом...