Елена Долгова - Центурион

– Мне кажется, лучше остановиться здесь. До них всего квартал. Видите, там вдали розовую крышу?

– Да.

– Ну вот. Я сделал свое дело. Теперь вы, Алекс, меня отпускаете, мы мирно расходимся и я великодушно обещаю не вспоминать купание и причиненные мне обиды. Мы квиты…

– Куда?!

Стриж успел поймать приготовившегося улизнуть Майера за отвороты элегантной куртки.

– Пустите.

– Ты мне нужен там.

Хэри рванулся, почти потеряв самообладание.

– Я не пойду туда!

– Тихо. Я не жду от вас ничего сверхъестественного. Сейчас вы постучите к ним в двери, надеюсь, они вас пустят. Зайдете туда под предлогом – любым, сами выдумаете. Оставите там незаметно вот этот шарик. Потом – быстро наружу. В том момент, когда шарик остынет, вам лучше быть у машины. Ждите меня за рулем. Остальное я беру на себя.

На пси-философа было жалко смотреть.

– Алекс, поймите, я не могу…

– Почему?

– Я боюсь.

– Вы дурак, Майер. Сколько там может быть человек?

– Человек десять. Может быть, полтора десятка.

– Пси-детекторы есть?

– Ни в коем случае. Эшли против таких приемов по идейным соображениям.

– Отлично. Вас там не “прочитают”. Вам не придется с ними разбираться. Я все беру на себя, – отчеканил Стриж.

– Я не хочу участвовать в терроре, путь даже против скотины Эшли.

– Вы уже участвовали в похищении. Кстати, это не террор. В шарике ничего, кроме сухого галлюциногена.

– О, Разум! Ладно… Меня все используют. Наверное, я родился под несчастной звездой, раз встретил вас.

Они прошли оставшийся квартал пешком.

– Которая дверь?

– Не эта! Оставьте ее в покое, вы, эротоман. Левая дверь – в бордель для любителей экзотики. Правая – к заговорщикам.

– За улицей они не следят?

– Нет, я же сказал – никаких детекторов. Да и обитатели там не пугливые. Или не пуганные.

Стриж отошел в сторону, укрывшись за углом. Хэри решительно забарабанил в исписанную ругательствами дверь.

– Кто там?

– Майер. Мне нужно поговорить с Эшли.

Бледный небритый охранник приоткрыл створку.

– Заходи.

Пси-философ проскользнул внутрь. Охранник чуть повозился, запирая дверь.

– Эшли у себя. Стой спокойно, я должен тебя обыскать. Ну-ка, выверни карманы.

Хэри Майер похолодел – шарик, полученный от Стрижа, чуть выпирал сквозь ткань куртки.

– С чего это такое недоверие?

– Надо.

– Так не поступают с друзьями.

– Пожалуешься Эшли сам, я только выполняю инструкции.

Майер задержал дыхание – сердце гулко билось о ребра, пси-философ мучительно балансировал на грани паники. Рассказать обо всем, немедленно сознаться, выдав боевикам Алекса? Но пощадит ли его самого безжалостно-расчетливый Эшли? Охранник похлопал гостя по бокам.

– Что у тебя во внутреннем кармане?

По спине Майера побежала проворная струйка холодного пота. Охранник запустил лапу за отворот его куртки, Хэри обреченно зажмурился – “будь что будет”.

– Ну-ка, ну-ка. Надо же…

Профессор сжался от ужаса, в горле застрял комок – сейчас он при всем желании не смог бы выдавить ни единого слова признания. Секунды тянулись бесконечно. “О, Разум!” – немо взмолился несчастный пси-философ. “Если я выберусь, то на этот раз точно исправлюсь, а если уж смерть, то, пожалуйста, полегче.” Охранник коротко хрюкнул, кажется, напряжение опасности чуть ослабело. Майер осторожно приоткрыл один глаз. Небритый, грязно осклабясь, разглядывал извлеченный на свет шарик.

– Ух ты, заходишь поразвлечься к экзотикам по соседству? От них принес крутой причиндал? У меня раньше точно такой же был.

– В самом деле?

– А то! Проходи. Эшли будет рад тебя видеть.

Взвыли незримые фанфары победы.

И Хэри Майер свободно зашагал вдоль по пыльному коридору, потом вверх по лестнице, ликуя в душе.

* * *

Стриж посмотрел на часы и прижался спиной к нагретому камню обшарпанной стены. Квартал не казался особо многолюдным, прохожие проходили мимо, двое-трое равнодушно оглянулись, мазнув рассеянным взглядом по неподвижной фигуре, по-видимому, принимая Дезета за угрузившегося пси-наводками туриста. Один из прохожих остановился, иллирианец понял, что это сенс – скорее всего, ментальные щупальца незнакомца сейчас настойчиво касались разума Дезета, раз за разом пытаясь справиться с нуль-барьером. Стриж не почувствовал ничего. Озадаченный прохожий резко повернулся и почти побежал прочь.

Шли минуты – внешне расслабленный Дезет настороженно ждал. Ожидание затягивалось, тревога становилась почти вещественной, словно узкое пространство улицы заполнило вязкое марево. Прошел, шаркая ногами, тусклоглазый истощенный старик. Потом прошмыгнули, виляя загорелыми бедрышками, две ярко раскрашенные девчушки в коротких туниках. Майер так и не появлялся.