Андрей Мартьянов - Черный горизонт

– Пан Николай из Верхней Моравии? – переспросил капитан. – Слышал, у нас есть общие знакомые… Беспокойный молодой человек, единственный такой на всю гильдию. Блокнот Визмара при вас? Разрешите полюбопытствовать?

Вольф под ревнивым взглядом Зигвальда быстро пролистал записную книжку, хмыкнул, вернул мне.

– С этого момента считайте, что контракт подписан. Оплата приемлемая, да и дело необычное. Боцман Клаус покажет ваши каюты. Добро пожаловать на «Громовержца», господа. Я распоряжусь, чтобы матросы доставили ваши вещи с постоялого двора…

Я пришел к выводу, что Свободным Торговцам можно доверять, по крайней мере команде капитана Вольфа – точно. На откровенность они отвечали откровенностью, почувствовали в нас родственные души, что ли? Занимался нами помощник Мильх, вечерами обязательно заглядывал на кружечку-другую лейтенант Гофер, боцман с капитаном большую часть суток занимались спешными делами.

На следующее после знакомства утро «Громовержца» вытащили в сухой док, которым могла похвастаться Бьюрдальская гавань, требовалось заменить часть обшивки ниже ватерлинии. Работали, понятно, простецы, но под чутким надзором благородных.

– Получили пробоину, – объяснил мне Гофер. – Вообразите, огнестрельную. Третьего дня от моравской береговой охраны – влепили ядро, уже на излете задело… Можно перетерпеть, если находишься близко к дружественным портам, но отсрочить ремонт перед рейсом к Гельвеции невозможно. Не беспокойтесь, плевое дело – день работы, максимум полтора.

– Часто у вас так?

– Случается. Вольная Ганза из-за пристрастия к независимой жизни и некоторого пренебрежения к законодательству великих держав не пользуется успехом у блюстителей закона. Не заметили, как на нас поглядывают офицеры «Мирового змея» из упомянутой Моравии? Сожрали бы живьем, но нельзя – любая ссора в Бьюрдале чревата серьезнейшими последствиями для обеих конфликтующих сторон. Для торговой компании, служащие которой замечены в драке, закроют торговлю и вход в гавани Готии, а таковых всего две, здесь да еще небезопасный Лейгангер на севере.

– Вот скажите, – задумчиво проговорил Нетико. – Вы, господин Гофер, родились в Первом Поколении, правильно? Где именно появились на свет?

– В Чехии, Прага. Когда произошла Катастрофа, жил в Берлине, Германская империя. Но это случилось настолько давно, что я предпочел забыть Землю.

– Живете на Меркуриуме с первых лет колонизации?

– Разумеется. Принял участие в Большой Игре с самого начала, потом надоело. Начал искать способы сбежать с планеты, но потом решил остаться – я люблю Меркуриум. Тем более что сбежать – не проблема.

– Алхимик рассказывал нам, будто абсолютное большинство планетарных точек перехода заблокированы Советом, – вставил Нетико. – Какие-то особые устройства.

– На суше – да… Если повезет, сами увидите. У меня было свое землевладение, тысячи простецов, жена, двое детей – они здравствуют и процветают, не беспокойтесь… Когда стало ясно, что я, как дворянин, ничего не решаю, а планетой управляют сумасшедшие, остался один выход: примкнуть к гильдии Свободных Торговцев. Единственное сообщество, кроме Стражи Крепостей и инопланетных алхимиков, полностью свободное от обязательных условностей Меркуриума. Все остальные живут так, как им велят.

– Вас, ганзейцев, много?

– Хватает. Не меньше четырехсот благородных, точно сказать не могу. Простецов мы или похищаем в детстве из захолустных деревень и воспитываем по-своему, или набираем из «диких», которых на севере становится все больше… Наши простецы не-обычные, вы это увидите: они способны принимать самостоятельные решения, мыслить подобно обычным людям. И вообще они редкостно независимы.

– Один момент! – поднял палец Нетико. – Вы, конечно, знаете, откуда берутся простецы? Каково их изначальное происхождение?

– Тоже мне, тайна тамплиеров! Клоны, производство технозон… Я работал над созданием первых Крепостей. Когда-то.

– Тогда сможете объяснить, почему клонированные существа начали резко меняться в последнее время? Становиться, как вы выразились, «независимыми».

– Технический аспект неизвестен. Биологический, по моим предположениям, прост. Контроль над развитой жизнью возможен до определенной ступени. Потом начинается саморазвитие – барьер перейден, сложная структура начинает управлять сама собой, противясь внешнему вмешательству, которое считает агрессивным и неадекватным. Возьмите в пример древнюю Византию: аристократия Константинополя в случае бунтов и мятежей могла контролировать толпу, недовольную властью, но слабый правитель, прозевав нужный момент, сталкивался со всеобщим возмущением, и волна гнева плебса сметала все на своем пути. Так и с жизнью – рубеж перейден. Причем не вчера и не год назад, а значительно раньше. Энтропия возрастает, контроль невозможен. Проект надо было остановить еще лет триста назад, теперь жаловаться и заламывать руки поздно, время упущено…