Андрей Мартьянов - Черный горизонт

Культура настоящего, исконного мореходства у нас в Содружестве Сириус-Центра возродилась только на планетах-океанах вроде Нуово-Корфу или Шестьдесят Первой Лебедя. Я как человек, выросший на «Эквилибруме» и проводящий едва ли не половину времени в перелетах, большую воду откровенно недолюбливал – катался, конечно, на океанских яхтах, когда прилетал на Корфу в отпуск поваляться на пляжах и отдохнуть от работы, но не более того. Море не для меня – то ли дело холодное безмолвие Вселенной! Я почему-то всегда считал, что нет постыднее смерти, чем утонуть.

Тем не менее перспектива «оказаться на пиру у морского великана Эгира» (под этим мифологическим эвфемизмом меркурианцы подразумевали гибель человека в океане) ныне оказалась вполне реальной – Зигвальд, с присущей ему неуемной энергией и твердолобой убежденностью в своей правоте, уговорил тинг немедля снарядить экспедицию на южный материк. Вот так, ни больше ни меньше.

Основанием к этому послужила треклятая записная книжка, найденная нами в Замке Визмаров – для Зигвальда это был документ, равный по силе воздействия откровению свыше.

Но давайте обо всем по порядку.

Совет рода проводили в обширной трапезной Берлоги, заодно выполнявшей роль парадно-церемониального зала. Обстановка самая простая – бревенчатые стены, столы, лавки, хозяйское «высокое место», на пиках закреплены родовые вымпелы Герлицов, три золотые лучные стрелы в черном поле. Простецов из дома выпроводили, чинно расселись, мне Зигвальд отвел место по правую руку от себя, Нетико встал за моей спиной.

Живописные типажи, ничего не скажешь. Чувствуешь себя путешественником во времени, нежданно-негаданно провалившимся в эпоху «Беовульфа» или «Саги о Сигурде». Все как один бородаты и длинноволосы, одеваются единообразно – меха, длинные рубахи с тонкими поясами, шаровары с обмотками. Клинки оставили внизу, на особой стойке – нельзя идти на совет с оружием, закон не велит.

Зигвальд представил каждого, две трети языколомных имен я не запомнил, понадеялся на идеальную память Нетико. Н-да, семейство у Жучка оказалось разветвленное – все эти люди приходились друг другу братьями в том или ином колене, зятьями, дядями или племянниками. Как мне потом сказал ИР, собралась сплошная молодежь, горячая и неустрашимая, самому старшему не больше столетия. Мне такой возраст все еще казался весьма почтенным, но у homo novus совершенно другие представления о летоисчислении.

Из сорока одного благородного с учетом Зигвальда и Теодегизила девятнадцать оказались Стражами Крепостей, промышлявшими возле ближайшей технозоны «Северо-запад-2», той самой, где месяц назад приземлился мой спасательный челнок. Предводителю Стражей, Огану с Медвежьего озера, и дали первое слово.

Ничего хорошего от Огана мы не услышали. С начала нынешнего лета гильдия понесла невосполнимый урон, погибли или пропали без вести три десятка Стражей, все дворяне. Обычно столько людей погибало года за четыре. Деревни вокруг Крепости пустеют, в ночь Тройного затмения нападению подверглись одиннадцать поместий, два сожжены. У границ вечных льдов на севере лучше вообще не появляться, там «иная жизнь» полностью заместила естественную.

Готийцев очень беспокоила приближающаяся осень: едва выпадет снег, многие поселения окажутся отрезанными друг от друга, оказывать поддержку соседям станет невозможно. Простецы смертно боятся, господам приходится спешно отселять их в более спокойные районы, и без того небогатый урожай остается неубранным. Некоторые дворяне с побережья Лейгангера и сами вынуждены оставить свои владения – «прорывы» из субарктических областей происходят с пугающей частотой.

Я уже слышал о «прорывах» – Зигвальд довольно смутно разъяснил, что так называются внезапные массовые атаки зверья, стремительно приходящего с севера и за несколько часов уничтожающего один из незащищенных поселков. Затем твари снова исчезают в тундре или лесах предгорий. Первый большой «прорыв» из Ледяного Пояса произошел четыре года назад, но тогда вмешалась Гвардия Небес и вроде бы обошлось малой кровью. С тех времен специальное подразделение Совета Первых предпочитает не вмешиваться, вероятно потому что Гвардия попросту не успевает следить за событиями, все происходит чересчур быстро…

Словом, положение в Готии осложнялось с каждым днем и все собравшиеся твердили: к зиме страна полностью погрузится в хаос, жизнь станет невыносимой. Поговаривают, будто в начале сентября готийский король соберет альтинг – пусть главы родов решают, что делать дальше и как обороняться. Однако гости Зигвальда не были уверены, что альтинг примет сколь-нибудь приемлемое решение, речь ведь пойдет о новом дележе земель и возможном массовом исходе с севера…