На ощупь оно было мягким и скользким, и все же его хватка была поистине железной. Чем-то это создание напомнило мне исполинскую пиявку, и я уже был готов ощутить ядовитый укус, почувствовать, как она сосет кровь. В ужасе я инстинктивно отшатнулся и попытался отдернуть руку. И поступил неправильно. Рынок тут же отозвался в теле противника: как только рука дернулась, упругое щупальце вернуло ее назад с такой силой, что я чуть не вылетел за борт.
Именно тогда я испугался, что пришла настоящая опасность, что именно сейчас наша защита рухнет. Я оказался не готов к нападению. Если бы чудище утянуло меня и спою обитель под бурными волнами, это наверняка лишило бы меня рассудка и отдало во власть бесформенных морских монстров.
Но я не упал: какой бы запоздалой ни была моя реакция, какими бы неловкими ни были мои движения, я смог удержаться на ногах, выпрямиться и ударить мечом, начисто отрезав черное щупальце, словно его и не было. И снова туман окрасился красным. Петля, захлестнувшаяся вокруг моего запястья, растворилась, а само создание кануло в пучину.
— Слишком, слишком быстро! — прокричал я моим товарищам, хотя не было никакой нужды повышать голос. — Но это не остановит их. Они ополчились против нас и не дадут передохнуть.
Ее не нужно было предупреждать. Изящный меч был в руке, да и Мирлин оторвался от своего бессмысленного занятия и держал оружие наготове. Он возвышался надо мной на целую голову, если не больше, и вращал над головой мечом, разрубая нападавших на него кривлявшихся демонов с хищно выставленными когтями. Сейчас он казался потомком богов или титанов.
Все больше черных созданий заполняло палубу — одни из них лезли через борта, другие захлестывались вокруг перил, как кнуты или ремни. Я рубил мечом направо и налево, сокрушая их в тот момент, когда они прикасались ко мне, одно из них подползло к моей щиколотке, но не успело обвиться.
На палубе под нами автоматы наконец ожили и, обнажив мечи, натянув луки, также вступили в битву с тенями, которые поднимались из морских глубин. У этих призрачных созданий были собачьи головы и огромные обезьяньи руки, которыми они неуклюже пытались схватить противника.
Сражение длилось уже довольно долго, когда стало ясно — твари не могут одолеть нас. И тогда крылатые демоны и скользкие щупальца исчезли. Когда я осознал это, мне показалось, что самого понимания случившегося достаточно для победы. Всего мгновение назад вокруг нас толпились враждебные силы — и вот они уже унеслись в туманные дали, и небо засияло, очистившись от их зловещих теней.
Я воспринял это как добрый знак, пока не увидел лица нашей соратницы И понял, что она ожидала совсем другого хода событий.
— Они знают, что мы здесь, — произнесла она. — Они готовятся испытать нас. Я ожидала не столь быстрой реакции, и, думаю, нам придется сражаться с противником посерьезнее, чем простые роботы. За всем этим стоит разум, а я не знаю, насколько он совершенен. Боюсь, что мы недооценили его.
— Что ж, — промолвил я в ответ, — будем надеяться, что они, в свою очередь, недооценили наши способности сражаться с им подобными.
Не успел я произнести это, как туман вновь сгустился и потемнел, снова вернулся пронизывающий ветер, проникая до костей, несмотря на плащ. Хоть я и был героем, вооруженным и поддерживаемым богами, я ощутил в сердце чудовищный холод и знал, что впереди меня ждут боль и страдания.
Глава 15
Нас было пятеро в вездеходе или шестеро, если посчитать негуманоидов. На одного больше, чем первоначально предполагалось. Однако я думал, что с этим нарушением планов можно справиться, учитывая то, что в вездеходе, за которым мы отправились в погоню, ехало восемь пассажиров. Присутствие Нисрина-673 в нашей компании вызвало неодобрение Сюзармы Лир. Она все еще не могла отрешиться от мысли, что все дети Тетры были в той или иной мере склонны к предательству. Тем не менее она понимала, что подкрепление лишним не бывает, и присутствие Нисрина в группе было делом решенным. У нее не оставалось сил спорить.
Наследница, определенная нам в проводники, была, на мой взгляд, неотличима от ее сестер (или собратьев). Она предложила нам называть ее Уранией-3. Я не вижу смысла в номере, поэтому опускаю его. Шестого участника нашей экспедиции можно было бы тоже называть наследницей, хотя она (буду называть ее так просто по привычке, хотя с тем же успехом мог говорить «он» или "оно") не была органической сущностью. Она была отдаленно похожа на чемодан, утыканный разного рода проводами: металлическими, из стекловолокна и органических материалов. Она могла выпускать ложноножки из каждого провода и прикрепляться к каждой системе или предмету, которые встречались на ее пути. При необходимости она могла внедрять искусственные нейроны в человеческое тело, наподобие колпаков на стульях, которые истоми использовали для связи с нами. Она чувствовала себя как рыба в воде, взаимодействуя с роботами и лифтами. По-моему, ее основная цель заключалась в том, чтобы помочь нам открыть многочисленные двери, отделявшие нас от глубинных уровней Асгарда. Тем более что некоторые из этих дверей нужно было открывать, используя внешние источники энергии, поскольку их связь с общей сетью была нарушена, а собственного запаса у них не было. Я не сомневался, что она — подлинный проводник и глава экспедиции, значительно более могущественное и разностороннее воплощение Девятки, чем Урания. Собственного голоса у нее не было. Урания сказала, что, если мы захотим, нам следует называть ее Клио-14. Номер я тут же постарался забыть, хотя мне нелегко было думать о коробочке как о живом существе, имеющем имя. Слишком она отличалась от мохнатых гуманоидов — обитателей Клио, с которыми мне довелось встречаться.
Читать дальше