Тим Хэй - Николае

По спине Рейфорда пробежал холодок, и он чуть было не обернулся в полной уверенности, что кто-то стоит прямо за дверью кабины. Наконец ощущение стало таким сильным и навязчивым, что он снял наушники, встал и наклонился, чтобы посмотреть в глазок. За дверью никого не было.

Может быть, Бог пытался предупредить его о чем-то? Он вспомнил, что такой же страх он ощутил, когда Бак рассказывал свою ужасную историю о том, как он присутствовал на собрании, где Карпатиу собственноручно загипнотизировал и промыл мозги всем, находившимся в комнате, кроме Бака.

Откинувшись в своем кресле, Рейфорд снова надел наушники. Отжав кнопку интеркома, он словно бы услышал совершенно другого Карпатиу. Николае говорил монотонно, очень мягко, очень искренне. Отсутствовали все цветистые выражения и модуляции голоса, обычно характерные для его речи:

— Я хочу вам всем кое-что сказать, чтобы вы внимательно выслушали и до конца поняли меня. Такой же контроль, который мы имеем теперь над средствами массовой информации, необходим нам также и в области промышленности и коммерции. Нам нет необходимости покупать или владеть. Это было бы слишком очевидно, и это слишком легко оспорить. Владение не является нашей целью. Контроль — вот истинная цель. В течение следующих нескольких месяцев мы все вместе примем решения, которые позволят нам контролировать бизнес, образование, здравоохранение и даже то, как ваши личные государства будут выбирать своих руководителей. Суть заключается в том, что демократия и система выборов будут устранены. Эти системы неэффективны и действуют не в интересах людей. Увидев, что мы предлагаем взамен, люди быстро убедятся в нашей правоте. Каждый из вас теперь может отправляться к своим подчиненным и честно сообщить им, что это была ваша идея, вы выдвинули ее, вы увидели поддержку со стороны своих коллег и с моей стороны, и вам удалось одержать победу. На публике я неохотно соглашусь пойти навстречу вашим пожеланиям, и мы все победим.

Последовала долгая пауза, и Рейфорд забеспокоился, не сломались ли его подслушивающие устройства. Он несколько раз включал и выключал аппаратуру, решив в конце концов, что в помещении, где идет конференция, все молчат. Значит, это и был тот гипноз, при котором Бак присутствовал лично. Наконец Леон Фортунато почтительно заговорил:

— Ваше Превосходительство, я только ваш помощник и не являюсь членом этого представительного собрания. И все же, можно ли мне внести одно предложение?

— Конечно, Леон, — сказал Карпатиу, по-видимому, приятно удивленный. Вы занимаете важную должность, мы полностью вам доверяем и ценим ваш вклад в нашу деятельность.

— Сэр, мне просто пришла в голову мысль, — сказал Фортунато, — что вы и ваши коллеги могли бы принять решение о приостановке общенародного голосования как неэффективной системы, действующей не в интересах людей, по крайней мере, на время.

— Ну, мистер Фортунато, сказал Карпатиу, — я не знаю. Как, по-вашему, люди отреагируют на такое спорное предложение?

Остальные, казалось, не могли удержаться, чтобы не перебивать друг друга. Рейфорд услышал, как они все наперебой соглашались с Фортунато и уговаривали Карпатиу принять это решение. Один из них повторил фразу Карпатиу о том, насколько более здоровой стала пресса теперь, когда она принадлежит Мировому Сообществу, и добавил, что владение производством и коммерческими структурами не столь важно, как владение прессой, до тех пор, пока они находятся под контролем Карпатиу и под руководством Мирового Сообщества.

— Большое спасибо за вашу активную работу, джентльмены. Ваши выступления чрезвычайно ободрили и вдохновили меня. Я приму все эти предложения к сведению и в ближайшее время сообщу о возможности их воплощения в жизнь.

Собрание продолжалось еще несколько часов и состояло в основном в том, что так называемые «правители», как попугаи, повторяли Карпатиу все те идеи, которые, по его заверению, должны были показаться им превосходными, если они их обдумают. Каждый, похоже, считал, что выдвигает новые и свежие мысли. Стоило Карпатиу только упомянуть о чем-либо, как послы повторяли это так, будто ничего не слышали.

— Итак, джентльмены, — подвел итог Карпатиу, — через несколько часов мы будем в Новом Вавилоне, и я вскоре встречусь с тремя новыми послами-правителями. Я хочу, чтобы вы полностью осознали неизбежность происходящего. Мы не можем притворяться, что не видим, как мир, каким мы его знаем, чуть было не погиб в этой глобальной войне. Будут еще битвы. Будут еще удары в спину. Нам придется превозмочь себя и воспользоваться силой нашего оружия, что, как вы знаете, я ненавижу делать, и многие тысячи жертв добавятся к уже имеющимся сотням тысяч загубленных жизней. Не смотря на все ваши лучшие намерения и идеи, которыми сегодня поделились со мной, мы должны признать тот факт, что еще долгое время будем вынуждены вести тяжелую битву.