Тим Хэй - Николае

— Не знаю. Надеюсь, что нет. Несмотря на то, что журнал принадлежит Карпатиу, я бы хотел высказывать объективное мнение.

— Ты обманываешь самого себя.

Бак мысленно подыскивал ответ. С одной стороны, он оценил предупреждение. А с другой — оно уже успело устареть. Может быть, Верна просто пыталась найти точку соприкосновения, чтобы продолжить диалог.

— Верна, прошу тебя, обдумай еще раз услышанное от Лоретты, Хлои и Аманды.

— И от тебя. Не забудь упомянуть и о себе самом. Ее слова прозвучали саркастично и издевательски.

— Я про это и говорил, Верна. Если тебе захочется поговорить об этом, можешь прийти ко мне.

— Ты что, смеешься надо мной? Ты забыл, как относится твоя религия к гомосексуалистам?

— Моя Библия не разделяет людей на гомосексуалистов и гетеросексуалов, — сказал Бак. — Может быть, там и говорится, что гомосексуалисты грешники, но там же сказано, что секс вне брака является грехом и для людей обычной сексуальной ориентации.

— Это только слова, Бак. Только слова.

— Верна, запомни, что я тебе сказал. Я бы не хотел, чтобы наша с тобой личная ссора помешала бы понять то, что реально и истинно. Ты была права в том, что разразившаяся война сделала все наши ссоры мелкими и незначительными. Мне хочется, чтобы мы отбросили эту ерунду.

Она немного помолчала, а когда снова заговорила, то казалось, что растрогана.

— Ну, спасибо, Бак. Я не забуду о твоих словах.

В то время как в Чикаго время приближалось к обеду, в Ираке наступал вечер. Рейфорд и МакКаллам вели самолет, на котором Карпатиу, Фортунато и доктор Кляйн летели в Рим, чтобы забрать Верховного Понтифика Всемирной Церкви Питера Мэтьюза. Рейфорд знал, что Карпатиу хочет подготовить перенос столицы всех религий в Новый Вавилон, но не совсем понимал, для чего на этой встрече понадобился доктор Кляйн. Но, подслушивая разговоры в салоне при помощи установленного там жучка, он вскоре понял зачем.

Как обычно, Рейфорд поднял самолет, и после того, как машина быстро достигла расчетной высоты полета, он перевел самолет на автопилот, а затем передал управление МакКалламу. «Устал, как будто провел в самолете весь день», — сказал он, откидываясь на спинку кресла, затем надвинул на глаза козырек фуражки, поправил наушники и сделал вид, что засыпает. В течение следующих примерно двух часов, которые занял перелет из Нового Вавилона в Рим, он получил наглядный урок правил международной дипломатии, действующих в мире, в котором царит новый порядок. Карпатиу, прежде чем они перешли к делу, уточнил у Фортунато маршрут поездки Хетти Дерхем.

Фортунато сообщил:

— Она летит с пересадками: сначала в Бостон — с длительной остановкой в Милуоки, а затем без пересадок из Бостона в Багдад. Несколько часов она потеряет, но полагаю, что мы можем ожидать ее прибытия завтра утром.

Казалось, что Карпатиу недоволен:

— Когда же, наконец, в Новом Багдаде достроят международный терминал? Мне надоело, что всем приходится добираться через Багдад.

— Обещают закончить через пару месяцев.

— Это те же инженеры, которые утверждают, что все остальные здания в Новом Вавилоне соответствуют наивысшим стандартам качества?

— Так точно. Вы полагаете, что существуют какие-то проблемы?

— Нет, но мне хочется, чтобы миф о «гневе Агнца» не оказался сказкой, чтобы на практике проверить хваленую устойчивость зданий к землетрясениям.

— Я читал сегодня эту статью, — сказал доктор Кляйн. — Интересная выдумка. Не правда ли, этот Уильяме может из чего угодно сделать интересный материал?

— Да, — торжественно подтвердил Карпатиу, — я подозреваю, что он написал эту статью, на основе своего прошлого жизненного опыта.

— Не понимаю.

— Я тоже, — сказал Карпатиу, — наши разведслужбы связывают его имя с исчезновением раввина бен-Иегуды.

Напрягшись, Рейфорд стал слушать внимательней. С одной стороны, он не хотел, чтобы МакКаллам догадался о том, что его наушники настроены на другую частоту, а с другой — не хотел пропустить ни слова.

— Мы все больше и больше узнаем о нашем блестящем молодом журналисте, — продолжил Карпатиу. — Он никогда не скрывал своих связей с моим пилотом, как собственно и сам капитан Стил. Я по-прежнему не возражаю, чтобы они были рядом. Возможно, они думают, что находятся на стратегически близком от меня расстоянии, но при этом через них я больше узнаю об оппозиции.

— Ну что ж, — подумал Рейфорд, — вызов брошен.

— Леон, есть ли какие-нибудь новости о тех двух сумасшедших из Иерусалима?