— Сет, разве ты не узнаешь меня? — прошептал он.
— Ты растение. Растение с Сириуса, именуемое, — он задумался на несколько мгновений, — именуемое прецетапорон. А там звери. — Он переместил дуло дезинтегратора. — Я охочусь на зверей, — добавил он объясняющим тоном. А потом Вар вдруг увидел блеск, голубой блеск, который ослепил его.
— Котловина Светящихся скал, — сказал Ако. — Садимся, Вар. Там тебя уже ждут. Тебе предстоит тяжелое объяснение с ними.
— Ты так думаешь?
— Я уверен в этом. Там сейчас Сорв, а ты должен хорошо представлять себе этого типа, — ответил он, не отрывая глаз от растущего на экране белого купола базы.
— Ако, — Вар говорил медленно, — ты утверждаешь, что нашел меня около входного шлюза только спустя два дня?
— Да. Ты лежал, как младенец в коляске. У тебя провал в памяти?
— Ты разговаривал с Воором?
— Да. Он был на экране и сказал, чтобы я не входил, потому что в коридорах остатки радиоактивного заражения.
— И ты не пошел?
— Нет. Вскоре я наткнулся на тебя. Иначе бы я пошел дальше. Я был в скафандре, который может многое выдержать. Это не было случайностью. Сразу после старта я получил информацию с базы, что здесь произошел взрыв и что тебя немного потрепало.
Вар почувствовал замедление скорости, и корабль остановился возле посадочной платформы на базе. Они уже выходили, когда Вар положил руку на плечо Ако.
— Послушай, а он не рассказывал тебе, как… как возникло это заражение?
— Он говорил, что у них что-то взорвалось в лаборатории и ты как раз оказался рядом.
— Когда это произошло?
— Незадолго до твоей посадки, так сказал Воор.
Шлюзы закрылись за ними. Он снова попал в ту же самую входную камеру и не сразу заметил… Эль.
— Эль, как я рад, что ты жива, — сказал он и остановился. «А может, это Воор?» — подумал он.
— Приветствую тебя, Вар, мы достаточно долго не виделись.
— Он не попал в вас тогда?
— Я не понимаю, о ком ты.
— О Сете.
— Сет должен был попасть в нас?
— Тогда, в кабинете. Ты там была, он…
— Вар, я знаю, что ты попал к нам в момент взрыва в третьей лаборатории. Я очень тебе сочувствую.
— Не ломай комедию, Эль. Ведь он выстрелил в вас антипротонами.
— Вар, мне очень жаль, но именно Сет отнес тебя к шлюзу.
— Где он?
— В кабинете Воора. Они ждут тебя.
В кабинете сидел Сорв с центральной базы. Возле него вертелось еще несколько мужчин, и среди них Вар увидел Сета. Он непроизвольно попятился. Сорв внимательно посмотрел на Вара.
— Мы прочитали твой доклад, — сказал он. — Эти люди исследуют помещение, следов радиоактивности здесь нет. Правда, это был небольшой локальный взрыв, и прошел уже месяц…
— Месяц? — Вар побледнел. — А Сет?.. — неуверенно спросил он.
— Ты видел его.
— Я написал в докладе чистую правду, — тихо сказал Вар. — Кроме того, по моему дезинтегратору можно…
— Он в контейнере. Мы обнаружили незначительные следы радиоактивности. Он мог с одинаковой степенью вероятности использоваться как год, так и месяц назад.
— Да. Я понимаю тебя, — сказал Вар. — Ничто не подтверждает мой доклад. Еще один вопрос, Сорв. Из всего этого следует, что у меня были галлюцинации и что у меня травмирована психика. Почему в таком случае вы не отправили меня на Землю с ракетой психиатрической помощи?
— Послушай, Вар, — медленно заговорил Сорв, — такие случаи не могут проходить бесследно. Я понимаю, каким это было потрясением для тебя. Ты мог быть в горячке… ты бредил… Люди-двойники… Согласись, это выглядит по меньшей мере неправдоподобно.
— Но я это пережил… Это действительно было!
— Ты в этом вполне убежден?
— Да.
— Что ж, в таком случае для тебя будет нелишним отдохнуть в изолированном помещении.
— Сорв, поверь мне, у меня никогда не было никаких психических расстройств, ты прочтешь это в моей карте медицинских исследований. Я прошел все тесты… Я на самом деле здоров.
— Я понимаю и… хочу тебе помочь. Потому я и вызвал тебя сюда.
— Помочь? Каким образом?
— Очень просто. Забери обратно свой доклад. К сожалению, мы не успели его задержать, и он уже ушел на Землю. Ты должен отдавать себе отчет в том, что там, на Земле, плохо представляют наши реальные условия. Им наверняка покажется, что у нас работают люди с излишне красочным воображением — вроде тебя…
— Я уже не в силах что-либо изменить. Я написал то, что действительно случилось со мной. Если бы отказаться от доклада… Но это невозможно. Да я и не откажусь.
Читать дальше