Игорь Рыжков - Иллюзии

Так прошел день. К вечеру стало прохладно. С вершин потянуло промозглой ледя-ной сыростью. Столь сильные перепады температул обычны для этого климата. Я не сумел разыскать ни топлива ни воды ни пищи. Мне не встретилось ни одного живого существа по дороге, за исключением пары грифов, которые накручивали круги где то в невероятной выси, выслеживая свою добычу.

Продрогший насквозь, я забился в щель между скальным массивом и огромным ва-луном, чтобы спрятаться от ветра и попытался заснуть.

Что такое сон в горах когда на тебе из одежды дырявый мешок на плечах и корот-кие штаны до колен из редкой грубой работы ткани, ‘нужно рассказывать отдельно, обстоятельно и с глазу на глаз’. Мышцы потеряли пластичность настолько, что утром я выковыривал себя из этой щели, словно устрицу из раковины. Ободрав локти и щеку о шерщавую поверхность камня я все таки вывалился кулем на тропу - ноги не держали - и позволил восходящему солнцу прогреть мои телеса до тех пор пока они себя не осознают и не позволят совершать более целенаправленные движения. Остатки снов, обрывки образов и звуков путались в голове не давая полностью очнуться. Я вспомнил, что мне приснились грифы. Те которых я видел в небе. Они ходили по тропе, цокая когтями о камни и как мне показалось, что то искали. Странно. Их добычей я пока себя не ощущал.

Солнце наконец вывалилось из-за скал и затопило мощеную проплешину на которой я лежал благодатным теплом. Кровь постепенно приобрела способность протискиваться сквозь сосуды.

Я попытался шевельнуть ногами. На удивление они слушались. Пошатываясь встал и сделал несколько медленных приседаний. Рои мурашек носились от пяток до горла вы-зывая неутолимое желание расцарапать кожу до крови. Сцепив зубы, я ждал, когда тело придет в норму. Наконец, я справился с оцепенением и, стремясь застать больше прохлад-ного времени бодро двинулся вперед.

Мы играли в перегонки с солнцем и похоже - я проигрывал. Оно поднялось почти в зенит. Зной снова окутал каменную пустыню. Воздух струился словно живой над гранит-ными валунами. Стал густым, тяжелым.

Волосы мокрые от пота прилипли ко лбу. На одежде на спине и груди выступила соль. Я не удержался, открыл флягу и сделал два глотка. Вода была противно теплой. Шершавый распухший во рту язык даже ее не почувствовал. Но больше пить было нельзя. Колодцы попадались не слишком часто.

Решив немного передохнуть, я спрятался в тень большого камня. Опытные путеше-ственники останавливаться в таких случаях не рекомендуют. Потом подняться будет еще труднее, но зной становился совершенно невыносимым.

Я посмотрел в небо. В раскаленном голубом мареве сияла начищенная до жуткого блеска круглая сковородка солнца. Я прикрыл глаза ладонью и попытался разглядеть в вышине своих попутчиков. Грифы. Вчера их было всего двое. Теперь.

Раз, два, три… пять - На душе стало гадко. Похоже, они чувствуют мое состояние и позвали дружков на предполагаемую пирушку.

Я сложил из пальцев срамную комбинацию и ткнул ею в небо. - Хрен вам… Буду ид-ти пока смогу. А упаду - оставлю каплю сил на то чтобы кого нибудь из вас придушить. Обязательно! - Посидев в тени еще минуту, я все таки встал и пошел дальше, в развалоч-ку, подволакива ноги словно раненый.

Полдень. Солнце стало бесконечно жарким и даже грифы похоже устали парить в безоблачном небе. Они уселись где то далеко на скалах, наверняка предполагая, что до-быча от них не уйдет. Рано или поздно она брякнется лбом об эту проклятую брусчатку и у нее не хватит сил, чтобы отмахнуться от ударов клювов.

Я уже почти ничего не соображал. Пить хотелось неимоверно. Я не знал, что может существовать такая жажда. Губы обветрились, покрылись коричневыми корками. Сквозь их изломы проступали бисеринки густой алой крови. Они моментально высыхали и превраща-лись в новые чешуйки - наросты, которые ломались от малейшего движения губ и в трещинах снова проступала кровь. Язык распух до колоссальных размеров. Внутри рта он уже не помещался и его кончик вываливался наружу. Слюны не было и я старательно отгонял мучительные позывы сглотнуть плотный комок в горле.

Перед глазами поплыли миражи. То ли галлюцинации, то ли действительно какие то странные явления природы происходящие в столь горячем воздухе.

Отслоившись от горной гряды в небесах повис белоснежный город, утопающий в зе-лени. Мне показалось, что я слышу шум, который заполняет его улицы. Слышу крики глашатев на высоких башнях. Бряцание оружия и скрип повозок.