Игорь Ласьков - Вторая колыбель

— Тут вот еще одна моя головная боль, — сказал Глендейл. — Комитет по устранению последствий катастрофы вызывает все больше нареканий в прессе. Я имел глупость посадить туда своих приятелей, которым многим обязан; а они… свиньи, только знай прикарманивают бюджетные деньги, выделенные на восстановление пострадавших регионов. И что делать теперь — не знаю! Этих пиявок теперь от этой кормушки не оттащишь. Снять их с постов — значит нажить себе смертельных врагов. Они ведь ни перед чем не остановятся, шлепнут, и все тут!

Мортимер и без его откровений прекрасно знал, кто сидел в Комитете, и чем Глендейлу грозило отстранение их от кормных постов. Некоторое время назад у него созрел план, изложить который Глендейлу сейчас было самое время.

— Босс, я хотел бы изложить Вам кое-какие соображения на этот счет, если хотите!

— Слушаю Вас, Джон! — ответил Глендейл.

— Сэр, откровенность за откровенность: Вы действительно поступили опрометчиво, назначив в Комитет всю эту полууголовную шваль. Да и не только в Комитет, в правительстве они тоже держат многие ключевые посты. Чем дальше, тем больше они начинают оттирать Вас от управления страной. Их влияние уже достигло опасных пределов, за которыми возможно устранение Вас от власти, и, по сути, установление в стране власти уголовного клана. И у меня, и в Бюро (ФБР) есть предостаточно компромата на каждого мафиози, сидящего на ключевых постах. Если судить их справедливым судом, каждого можно упечь пожизненно, а многих и вовсе отправить к праотцам. Проблема в нашей чересчур мягкой судебной системе. Они тут же наймут лучших адвокатов, которые разжалобят овец в суде присяжных, и многие избегут наказания вовсе. Ситуация сложилась критическая, и действовать тут надо быстро и решительно. Надо объявить в стране режим чрезвычайного положения, мотивируя это недавней катастрофой на юго-западе, да и общим серьезным положением дел в стране. Закон о чрезвычайном положении, как Вы сами знаете, дает Вам практически неограниченную власть. Используйте ее для быстрого устранения Ваших противников, прежде всего из мафии, как самых опасных. Их надо хватать всех сразу, быстро предъявлять им обвинения, и судить судом трибунала. Суды должны выносить максимально суровые приговоры, для самых опасных и влиятельных Ваших конкурентов это должен быть смертный приговор. Менее опасные пусть доживают свой век за решеткой.

Глендейл ошарашенно таращился на Мортимера. С минуту помолчав, переваривая сказанное своим верным сторожевым псом, он в конце концов сказал:

— Но ведь… журналисты подымут страшный вой! Выставят меня узурпатором, диктатором, эдаким… Сталиным и Гитлером в одном лице!

— В масс медиа, везде без исключения, надо ввести цензуру, чтобы они и тявкнуть не смели без разрешения. Одновременно провести мощную пропагандистскую кампанию, разъясняя всем благие цели и пользу Вашего решения. Особый упор сделать на то, что все это временно, до исправления ситуации в стране. Между прочим, опросы общественного мнения показывают, что большинство населения поддерживает жесткие меры властей по наведению порядка. А там… там видно будет, что делать дальше. Если удастся навести стабильный порядок, толпа будет Вас боготворить. Тогда будет куда проще и провести поправки в Конституцию, узаконивающие Ваши реформы и власть. Только делать это надо срочно, слишком уж вылазят наружу казнокрадство и злоупотребления Ваших ставленников. Еще немного, и оппозиция насобирает достаточно компромата, чтобы затеять процедуру импичмента. Ваши рейтинги падают, сэр! Ждать дальше нельзя, пора действовать, и действовать решительно!

— Да я знаю, знаю все это! Только вот… Ваши методы, сработают ли они, не обернется ли это против меня? — высказал свои опасения Глендейл.

— Позвольте мне все продумать, и представить Вам детальный план действий? — спросил Мортимер. Глендейл подумал несколько мгновений, и сказал:

— Действуйте, Джон, действуйте! Такие вещи у Вас хорошо получаются, я доверяю Вам!

XXXIV

Корабль приближался к месту посадки. Пора было начинать снижение, и командир запросил диспетчера Сэнди Крик о метеоситуации у них.

— В целом куда спокойнее, чем в Марсовилле! — ответил диспетчер. — Ветер восточный, могут быть отдельные порывы скоростью до 100 км/ч, но в основном их сила не превышает 30 км/ч. Будьте осторожны при заходе на посадку, посадочная команда на док-кранах не очень опытная, им нечасто случается принимать большие дирижабли, как ваш!