Пирамиды Астрала

- да, впервые душа вышла из живого тела на изнанку реала без плотной оболочки…

- надо усилить давление, пока не поздно…

- но нам нельзя непосредственно запрещать им что-либо делать – это будет прямым нарушением закона свободы выбора…

(из обмена мыслями где-то в астрале)

***

Полночь. Я прибираю комнаты. Отпущенные моим благородным жестом гости, счастливо хохоча, разбежались из моей квартиры, оставив за собой, как на поле боя, посуду, объедки, разбросанные вещи и веселое настроение – за что я им очень и прямо-таки безгранично благодарен. Несмотря на пытку домашней работой, я улыбаюсь – у нас все получилось! И мы обладатели великой тайны! Я вспоминаю мгновение за мгновением своего выхода «туда».

Началось все с того, что я обнаружил себя висящим где-то под потолком и оглянулся вокруг. Внизу копошились мои приятели. Мне как-то непривычно было смотреть на них сверху, и я вдруг переместился вниз, «встав» на пол. Пола я не почувствовал, но услышал, как Слава сказал:

- Вводи антидот!

Таша наклонилась к кушетке, и я остолбенел от страха, когда увидел себя мертвым на кушетке из-за отодвинувшейся Ташиной спины. Мне пришлось долго приходить в себя. Потом посмотрел на компьютер и увидел, что мое сердце бьется нормально. Успел еще подумать, что почему-то плоховато слышу звуки – в основном только сказанные слова.

- Ну что, будим? - спросила Наташа, и тут я заметил, что она трясет и похлопывает меня по щекам. Меня охватило беспокойство, и я потянулся к своему телу. После этого наступило мгновение беспамятства, и вскоре я «проснулся» на кушетке и услышал откуда-то издалека доносившийся голос Славки:

- Пошла энцефалограмма!

Какое-то мгновение я собирал свои разбежавшиеся мысли и, потом мой взгляд сконцентрировался на напряженном лице Таши, хмурящей брови и всматривающейся в мои глаза. Она сказала отрывисто:

- Он просыпается!

Я сообразил, что все получилось. Схватил Ташу, прижал к себе и поцеловал ее в губы. Не скрою – мужик я или не мужик, чтобы таким случаем, да не воспользоваться? И было чем!

Девушка оттолкнула меня, испуганно крикнув:

- Дурак!

Я не согласился и благим матом заголосил:

- Ура! Получилось!

Таша тут же исправила положение и, уже сама меня обнимая и целуя в щеки, заговорила:

- Ой! Я так испугалась, что у тебя крыша съехала.

Она была права. Я бы, наверно, тоже нешуточно испугался, если вдруг оказался в объятиях полоумного и экзальтированного приятеля. Славка, в свою очередь, орал, поочередно смотря то дисплей компа, то на нас:

- Осторожнее! Клеммы не сорвите! Хватит с нас обезьян! Вы их, кажется, не умнее!

А Федька даже, как-то несвойственно ему, растерянно притих и тихо спросил:

- Ты что, правда, был «там»?

- Все ребята! Я вышел из тела! Под потолком летал! Даже на компе графики разглядывал! – я продолжал восторженно орать, как дитя, получившее новогодний подарок. Мысли счастливо прыгали в моей голове, и мне хотелось самому прыгать вместе с ними.

- Все, успокойся, полежи еще, - просила Таша и радостно приговаривала. – Я тебя по головушке поглажу за это. Хороший ты наш, Гагарин! Сейчас мы с тебя еще раз все показания снимем и все.

Я притих на кушетке, расплывшись в блаженной улыбке и перебирая в памяти события моего путешествия под поглаживание Ташиной руки. Эх, помечтать хоть! Когда еще такое участие у подобной красавицы заработаешь? В голове невольно прокручивались кадры, то с озабоченным и беспокойным, то со счастливым и радостным лицом Таши. Я прислушался к своим ощущениям. Да, определенно была радость от удавшегося эксперимента, но не только.

Наконец я поймал за хвост ускользающую мысль, приводящую меня в восторг и смущение одновременно. Я получил доказательство, что все мои материалистически-научные взгляды на жизнь в корне неверны, а мир намного сложнее и больше, чем я до этого представлял! А каково Федьке? Одно дело – по вечерам спьяну болтать о великих нестыковках физики, а другое дело – вот так, лоб в лоб с необъяснимыми фактами столкнуться. Ничего, придумает теорию какого-нибудь пси-поля или четвертого измерения. Да и без него этой лабуды выдумано столько…

- Ну все, снимаем все провода и трубки! – скомандовал Славка, и я почувствовал, как нежные Ташины пальчики срывают пластыри с остатками моей шерсти.

- Ой-ой! – не выдержал я, - Таша сообразила, что эпиляция – не каждодневное упражнение для меня, и хихикнула. – Вот тебе! Будешь над волосатыми обезьянками еще издеваться?