Николай Симонов - Миллениум

Ровно в семь часов утра на карманные персональные компьютеры Мари де Гиз и Павлова, продолжавших нежиться в постели, поступило сообщение от Эмм Ми Фиш о том, что она вызывает их на видеоконференцсвязь и просит настроить телерадиоприемник на такую-то частоту.

Обрадованные ее сообщением, они забыли о том, что не только они ее видят, но и она их тоже.

— Мамочка, что будет и что нам делать? — взволнованно заговорила Мари де Гиз, едва ответив на ее приветствие.

— Для начала титьки свои прикрой. Срамотище! — голос Эмм Ми Фиш задрожал от негодования.

— Ой! Я сейчас, мигом! — испуганно вскрикнула Мари де Гиз и сделала вторую ошибку:- голая, вскочила с постели и побежала одевать халат.

— Ладно, Димочка, я все поняла и можешь передо мной не извиняться. Однако не забывай, что она еще ребенок и нуждается в очень ответственной опеке, — голос Эмм Ми Фиш взывал к его совести.

— Я сделаю все от меня зависящее, — пробормотал он, страшно смущаясь и краснея.

— Я очень на тебя надеюсь, и даже не ревную…,- примирительным тоном заговорила Эмм Ми Фиш, и, выдержав паузу, сказала следующее: А теперь, детки, слушайте меня внимательно и запоминайте. По имеющимся прогнозам в течение ближайших трех дней по всей Сибири пройдут проливные дожди с грозами и ураганным ветром. Река Обь выйдет из берегов и затопит значительную территорию. Вы должны обернуть дом гидроизоляционным материалом, который найдете на чердаке, и загнать автомобиль в зимний ангар. Закройте окна дома ставнями и решетками. Проливные дожди на четвертый день прекратятся и ударят морозы. Потом выпадет снег. Следите за уровнем радиации и не поддавайтесь панике. Из дома никуда не выходите, но на всякий случай держите наготове теплые вещи. Следующий сеанс связи состоится завтра в то же время. Извините, но у меня много работы…

— До свидания, мамочка! — успела сказать Мари де Гиз и от огорчения захныкала.

— Не хорошо-то как получилось, — вздохнул Павлов и стал одеваться.

Работая ударными темпами, им удалось до обеда обклеить снаружи стены дома и оконные проемы гидроизоляционной пленкой. Входную дверь они тоже тщательно заделали, изнутри и снаружи, решив, что в случае чего смогут выбраться из окна второго этажа по раздвижной лестнице, которую они занесли в дом. Было так душно и жарко, как будто, они не в Сибири, а на экваторе. По каналам интервидения через каждые 15 минут передавалось сообщение о чрезвычайном штормовом предупреждении. К трем часам после полудня небо заволокло плотными облаками, и разразилась страшная гроза.

Дождь лил, не переставая, весь следующий день и ночь. Земля и небо сотрясались от раскатов грома. Ветер дул с такой силой, что, как тростинки, вырывал с корнем и метал по воздуху огромные деревья. Было так страшно, что они не чувствовали себя в безопасности даже в подвале. О спокойном сне даже не могло быть и речи. На карманный персональный компьютер Мари де Гиз непрерывно поступали сообщения от ее подруг из колледжа и прочих знакомых. Дали о себе знать и ближайшие соседи. Эмм Ми Фиш вела замкнутый образ жизни и с теми, кто проживал поблизости, практически не общалась. Соседи, как бы, между прочим, интересовались у Мари де Гиз, сколько человек сейчас проживает в их доме, достаточно ли у них еды и есть ли какое-нибудь оружие. Когда она рассказала об этом Павлову, он предложил ей на провокационные вопросы не отвечать.

Сильный ветер повалил ограду вокруг дома, и они лишились большей части камер наружного наблюдения. Через оставшиеся камеры местность просматривалась недалеко — на 25–30 метров, но и на этом расстоянии было видно, как к дому подступает вода. В течение следующего дня и ночи температура понижалась, и на третий день пошел мокрый снег. Приборы зафиксировали повышение уровня радиации на 7–9 млрг/час. Это было еще не смертельно, но уже опасно.

На четвертый день катаклизма снова прозвучал сигнал воздушной тревоги, и половину дня и всю ночь Павлов и Мари де Гиз провели в подвале. На этот раз подземных толчков они не ощущали. Из сообщений интервидения они узнали, что неизвестный космический противник применил нейтронное оружие. О площади радиоактивного заражения упоминалось намеками, — из чего можно было сделать вывод о том, что она значительна.

На пятый день катаклизма датчики температуры наружного воздуха показали -10 градусов по шкале Цельсия. Эмм Ми Фиш дала им указание включить и протестировать резервную систему электроснабжения — стандартную армейскую мини-электростанцию, установленную в подвале зимнего ангара. В качестве топлива в ней использовались таблетки из диоксида урана в алюминиевой оболочке. Товарищ майор выглядела очень усталой, но не утратившей способности шутить. Так, она посоветовала им поменьше смотреть и слушать телерадиоприемник, а заняться чем-нибудь более полезным, например, изучением "Камасутры". Вслед за этим она назвала и попросила запомнить код электронного замка оружейного ящика.