Джек Макдевит - Двигатели Бога

– Он не сделает этого, – вырвалось у Харви.

– Если это случится, – продолжал голос на экране, – мы должны быть готовы ответить.

– Это не легкий вызов. Если такое заявление будет сделано, это кончится тем, что нам придется иметь дело с общественным мнением. Не начинайте операцию до тех пор, пока не убедитесь, что на Куракуа никого не осталось. Я знаю, что возникнут трудности с координацией работ, но я не хочу ничьей гибели. Если это все-таки произойдет, и Вальд объявит о своем намерении остаться там дольше установленного срока, вы скажете ему, что не уполномочены действовать по своему усмотрению, – ведь собственно говоря, так и есть. И еще скажете, – работы по «Проекту Надежда» будут идти по расписанию, и вы надеетесь, что он покинет Куракуа, согласно постановлению суда и условиям договора с Академией. Потом уведомите меня. Пожалуйста, подтвердите получение этой инструкции. И, между прочим, Мелани, я рад, что там оказались именно вы.

– Могло быть и хуже, – заметил Харви, опускаясь на стул. – Он мог приказать нажать на кнопку, несмотря ни на что.

– Не уверена, что не предпочла бы последнее. – Она провела здесь три года, и археологи все время применяли то одну тактику проволочек, то другую. – Это правильное решение, – признала она. – Опять эти сукины дети взялись за свое. – Она встала и подошла к экрану обзора. – Просто не верится, что все это происходит с нами.

Вся история «переговоров» между Академией и Космиком – сплошная цепочка лжи, угроз, требований и, в итоге, – судебный процесс. Только приговор суда заставил Академию покинуть Куракуа до завершения намеченной программы.

Но все-таки, если бы от меня хоть что-нибудь зависело, я удовлетворила бы их просьбу и дала им пару месяцев. Для нас это не такая уж непреодолимая проблема. Но официальные решения уже вступили в силу, и мне фактически придется отложить приговор суда в сторону и открыть двери для новых тяжб.

Итак, я подчиняюсь полученным приказам.

Интересно, почему так получается, что наверху оказываются самые несговорчивые типы? Они просто непробиваемы.

Молодая женщина с эвакуационного корабля Академии, та, с кем я разговаривала сегодня, показалась весьма рассудительной. Я полагаю, с ней мы легко смогли бы договориться, причем без всяких стычек. И сэкономили бы уйму денег. А, может, даже нашли бы Создателей Монументов. Что ж, как видно, не судьба.

7 июня 2202 года.

Шаттл отделился от «Уинкельмана», лениво догоняя заходящее солнце. Слои облаков внизу, около планеты, окрашены в розовые и пурпурные тона. Ураганы захватили лишь узкую полосу земли к северу от экватора. Хатч переключила управление на автопилот и попыталась настроиться на волну Космика. Их передачи оказались шифрованными – еще один признак ухудшения отношений между ними и Академией.

Хатч свободно могла прослушивать канал общей связи команды археологов. Она слышала, как люди переговаривались между собой, руководили работой, просили помощь. Изредка слышались отчаянные реплики вроде: «А я говорю, мы останемся и закончим работу.»

Голос явно женский. Интересно, подумала Хатч, не передаются ли подобные замечания специально для команды Траскот, которые вполне могли слушать их канал. Неудивительно, что мадам Траскот немного нервничает.

Шаттл вошел в плотные слои атмосферы. Мимо проносились клочья облаков. Автопилот сбросил скорость. Шаттл летел над голубыми горами, спускаясь все ниже и ниже навстречу сгустившейся тьме. Вдруг широкий поток света прорезал тьму. За спиной поднималась луна – колдовской полумесяц, а там колдовская страна Оз.

Изредка она видела отблески. Возможно, вода или снег сверкали в звездном свете. Сканеры воспроизвели неровный мертвый ландшафт, однообразие которого изредка нарушали озера и кратеры вулканов.

Самые крупные древние руины находились в Кабале, который располагался у места слияния двух рек. Она перешла на ручное управление и спустилась ниже. Навигационные огни осветили полуразрушенные каменные стены. Больше ничего – ни пристани, ни лодок у берега, ни зданий. Никакого намека на дорогу через пустыню – дорогу, по которой жители могли бы добраться до соседнего города. Возможно, Кабал – последний куракуанский город.

Они еще жили там во времена плаваний Колумба. Остатки некогда процветавшей, хотя и изолированной, цивилизации. Интересно, что они чувствовали под конец, укрывшись в своих городах от наступающей пустыни. Знали ли они, что находятся на грани вымирания?