Джек Макдевит - Двигатели Бога

Она покачала головой.

– Я не позволю вам рисковать жизнью. – Она внимательно наблюдала за Хатч. Видимо, хотела посмотреть на ее реакцию.

Карсон откинулся назад и попытался говорить естественным тоном.

– Позвольте вас уверить, что мы ничем не рискуем. «Эшли Ти» будет здесь через несколько дней. Самое большее. Так что можете высадить нас и улететь через двадцать четыре часа. И с нами ничего не случится.

Траскот смягчилась.

– Задержки дорого стоят. Я не представляю, как нам выкроить лишний день. Да и пассажиры мои торопятся домой. – Траскот опустила глаза. – У меня нет ни желания, ни права оставлять вас.

Тогда решила попытать счастья Хатч.

– Доктор Траскот, – сказала она. – Там, возможно, нас ждет важное открытие. У вас есть возможность внести в него свой вклад.

Мелани с любопытством посмотрела на Хатч.

– Неужели?

– Как в прежние времена. Вы ведь об этом еще не забыли?

Было видно, что Траскот удивлена. Она посмотрела на Хатч долгим взглядом.

– Нет, дорогая, я не забыла. – Она поднялась, подошла к двери и открыла ее. – Сначала я хочу посмотреть, что собой представляет этот телескоп. Потом, может быть, продолжим наш разговор. Посмотрим. А сейчас угощайтесь, пожалуйста. – Она закрыла за собой дверь.

Хатч скинула одежду, приняла душ и рухнула в кровать, не давая себе труда одеться. Как хорошо снова ощутить силу притяжения. Через несколько минут она уже спала.

И продолжала спать спустя несколько часов, когда в дверь постучали.

– Минуточку, – сказала она. Ее одежда все еще не распакована. Она схватила брюки, натянула блузку и открыла дверь. Перед ней стояла Мелани Траскот.

– Здравствуйте, – сказала Хатч.

– Здравствуйте, мисс Хаткинс. – Траскот говорила ровным голосом. – Надеюсь, вы хорошо устроились?

– Да, спасибо. – Хатч отступила в сторону. – Заходите, пожалуйста. – Она воспользовалась дистанционным управлением, чтобы убрать кровать из комнаты и включить настольную лампу. Все равно комната выглядела далеко не безупречно. Но директор, казалось, ничего не замечала.

Траскот улыбнулась и села.

– Я разговаривала с доктором Карсоном. Вы оказались в трудной ситуации.

– Да, – ответила Хатч. – Нам повезло, что мы выпутались.

Волосы у Траскот гладко зачесаны назад, а брови искусно подведены. Она говорила и двигалась с грациозной неторопливостью.

– Вам повезло. Тут не может быть сомнений. Но вы прекрасно проявили себя.

Хатч считала, что справилась очень плохо. Идея перейти в шаттл и перенести снег довольно удачна, но в остальном она действовала далеко не блестяще.

– Спасибо, – поблагодарила она.

Траскот пожала плечами.

– С вами я бы полетела куда угодно. – Она вела себя так по-свойски, как соседка, которая зашла поболтать. – Я пришла к вам, потому что мне кажется, что нам неплохо бы поговорить.

– Да? О чем?

– Говорите прямо, – тон ее резко изменился. – Это вы запустили «снежок» из пены?

Она скорее утверждала, чем спрашивала. Прямота вопроса застала Хатч врасплох.

– Снежок? – Глаза их встретились. Как ни странно, в глазах Траскот не было враждебности. В обычных обстоятельствах Хатч без колебаний призналась бы и приняла вызов. Но ее удерживала ответственность перед Академией. Кроме того, Траскот внушала симпатии, хотя по ее тону было ясно, что она считала поступок Хатч проявлением невоспитанности. И даже грубости. И, возможно, безответственности.

– Да, это правда, – призналась Хатч, – но я буду все отрицать при свидетелях. Как вы догадались?

Снова улыбка.

– Это очевидно. Никто, кроме вас, не имел возможности это сделать. И еще я хорошо разбираюсь в людях.

Хатч пожала плечами.

– Вы это заслужили. Вы играли с мячиком потяжелее.

– Знаю. – Траскот казалась вполне довольной. – Думаю, вы с удовольствием узнаете, что серьезных повреждений не было. Вы заставили меня пережить несколько неприятных минут. И поставили в глупое положение. Но в конце концов мои люди видели, что я осталась, хотя у меня было достаточно поводов, чтобы сбежать. Думаю, что они сравнивали меня с некоторыми другими руководящими работниками и, наверно, в их глазах я выглядела неплохо. В общем, я хотела поговорить с вами лично и сказать, что не испытываю по отношению к вам никаких враждебных чувств.

Хатч подумала о Ричарде, цепляющемся за веревку, пока его не накрыла волна.

– Вам легко прощать, – сказала она.

Траскот кивнула.

– Я понимаю. И очень сожалею. Но вы знали, что волна приближается. Какого черта вы не вытащили его оттуда?