Я усмехнулся.
— Ну, не всегда. Как я уже сказал, примерно поровну, а я здесь уже больше часа. — Мне хотелось дотянуться до нее, и не только физически, но я не мог. Мои способности не действуют в таком направлении. Я могу повлиять на движение костей и проделываю подобные вещи. Но читать ее мысли для меня все равно что разбирать иероглифы. И это было плохо. Я наблюдал за ней: каждый проигрыш, казалось, становился для нее тяжелым ударом, и мне хотелось знать, почему.
Печальная истина заключается в том, что красивой молодой женщине гораздо труднее причинить боль, чем старой развалине. Весь мой опыт говорил, что эта молодая леди, проигрывая, теряла лишь несколько доз кокаина, в то время как старая кошелка по другую сторону стола скорее всего проигрывала шанс на полноценное питание в течение этой недели. Тем не менее, даже зная это, я желал помочь именно рыжеволосой соседке справа.
— Послушайте, — сказал я, слегка наклоняясь к ней. До меня донесся запах ее духов, тонкий аромат жасмина; я вновь улыбнулся. Бывали времена, когда мне хотелось управлять людьми. Сейчас настал как раз один из таких моментов. — Я наблюдал за этим столом. У меня предчувствие, что скоро здесь станет жарко. И вот что я вам скажу: почему бы вам не ставить некоторое время так же, как я? Если я прав, вы сможете заработать немного наличных денег.
Она пристально посмотрела на меня. Игрок приготовил кости за рекордное время и бросил их, но я даже не обернулся. Мне не обязательно контролировать каждый бросок. Мне не обязательно выигрывать каждую ставку. Достаточно лишь выигрывать понемногу каждый день.
— А если вы ошибетесь? — спросила она.
Я пожал плечами.
— Что ж, именно это и называется игрой.
Я отвернулся, не желая оказывать на нее давление, и сосредоточился на столе. Тот сборщик, что сидел ближе, забрал мою ставку, а это означало, что игрок выкинул шесть. Так и знал, что нельзя оставлять его без контроля.
Крупье вновь приготовился подвинуть кости.
— Внимание! — выкрикнул он. — Делайте ваши ставки!
Я залез в карман и бросил стодолларовую купюру. Я ставил главным образом красные пятидолларовые фишки и лишь иногда делал более крупные ставки. Сейчас передо мной лежало совсем немного фишек. Как только я извлек наличность, оба — и сборщик, и человек в костюме — переключили на меня внимание.
— Покупаю очки, — сказал я и положил зеленую двадцатипятидолларовую фишку на линию «не пройдет».
Купить очки — это все равно что ставить «пройдет» на каждое число, которое заявлено, за исключением тех чисел, которые автоматически выигрывают или проигрывают. Я делаю это нечасто, потому что это гораздо труднее, к тому же проигрыш гораздо вероятней.
Сборщик дал мне сдачу — ее осталось немного — фишками, и крупье подтолкнул кости к игроку. Я буквально ощущал на себе горящий взгляд рыжеволосой, но не поворачивался в ее сторону. Это было ее решение...
Игрок собрал кости и начал выравнивать их. Как раз перед тем, как ему предстояло бросить их, в самый последний момент, когда еще разрешается делать ставки, я увидел на столе стодолларовую банкноту.
— Покупаю очки, — сказала она чуть слышно, но мне уже было не до нее. Все мое внимание было приковано к прыгающим кубикам.
Это было почти за пределами моих возможностей — пытаться управлять двумя скачущими кубиками и всеми их двенадцатью гранями. Не то чтобы они были тяжелыми — я могу поднимать и более массивные предметы, — все дело было в сложности. Тончайшие изменения в углах наклона оказывают колоссальное воздействие на результат — два числа на верхних гранях. Обычно я воздействую сначала на один кубик, заставляя его показать, скажем, шесть. Затем мне лишь предстоит убедиться в том, что другой не покажет единицу. Выпадет семерка, и я потеряю все свои ставки, кроме «не пройдет». Любое другое число либо принесет мне деньги, либо не произведет никакого эффекта.
Звучит элементарно, когда я думаю об этом, но я достаточно часто проделывал такие фокусы, чтобы убедиться, насколько это трудно. Прежде всего, хотя я и воздействую сначала на один из кубиков, они продолжают катиться оба, а это означает, что я должен закончить с первым раньше, чем они остановятся. Если я не успею учесть мельчайшие случайности, например то, что какому-нибудь идиоту вздумается махнуть руками и случайно задеть кубик, — все это может привести к тому, что мои усилия пойдут насмарку.
Дьявольски трудный способ зарабатывать на жизнь.
Читать дальше