Дэвид Коу - Сыны Амарида

- Или, - сказал Оррис, - несмотря на обещание Ньялля, люди Сартола никого не пускают в таверну.

- Мне это тоже представляется более вероятным, - согласился Транн. - Я знаю, что ты беспокоишься, но не думаю, что это необходимо.

- Возможно, он взял под контроль Созывающий Камень, - продолжил Оррис. - И он вообразил, что теперь ни в ком и ни в чем не нуждается.

Баден пожал плечами:

- Может быть, ты и прав. Но с учетом того, что я наблюдал, он более осторожен. Он долго вынашивал план и не пустит все на самотек. Простите, друзья, но мне страшно. Очень страшно.

Оррис и Транн промолчали - а что можно было сказать? - и все трое продолжили завтракать, погруженные в свои мысли. Светало, ветерок стал теплее, но от Сонель по-прежнему не было вестей. Чуть позже неожиданно громко зазвонили колокола Великого Зала. Баден забыл, как это близко. Вскоре должен был начаться суд, а он не знал, слышат ли их молодые маги. О Арик, где же Сонель?

Видя, как его товарищи встают и как мрачны их лица, он пожалел, что не может их приободрить. Не далее чем вчера он чувствовал себя вполне уверенно и даже позволил себе продемонстрировать это в присутствии Сартола, но что-то задержало Сонель в пути, и он мог лишь надеяться, что Джарид и Элайна живы. Если нет, то он, Транн и Оррис обречены, а вместе с ними весь Тобин-Сер.

Тревожный стук в дверь заставил его подскочить. Необходимо успокоиться. Не хватало еще, чтобы Сар-тол застал его в таком виде!

Транн прошел к двери и распахнул ее. В коридоре стоял Ньялль, необычно бледный.

- Пора, - тяжко вымолвил он, чуть посторонившись и приглашая троих магов выйти. Он не мог смотреть им в глаза.

Баден вышел вслед за Оррисом и Транном, слыша за спиной шаги старика. Служители ушли, но мрачное молчание Ньялля давило на плечи. Они прошли по коридору, спустились по лестнице и вышли из таверны. На улице собрались тысячи жителей города - даже еще больше, чем вчера. Оррис оглянулся, его темные глаза, полные ужаса, были широко раскрыты. Публичное унижение, через которое они прошли вчера, оказалось для него особенно мучительным, но сегодня было не легче. Стремясь как-то успокоить и отвлечь друга, Баден собрался спросить у Ньялля, много ли магов уже прибыло в Амарид. Но что-то остановило его; Ньялль выглядел так, словно не ответил бы, даже если бы Баден спросил. И Магистр отвернулся.и тотчас заметил, как Транн что-то шепнул Оррису, после чего на лице коренастого мага появилось некоторое подобие покоя.

Толпа выказывала к обвиняемым меньше враждебности, чем вчера. Кто-то выкрикивал проклятия и угрозы, но на лицах большинства было написано любопытство.

Тем не менее поведение Ньялля тревожило Бадена. Вчерашняя его уверенность в своей правоте казалась более естественной. Магистр был глубоко порядочным человеком, и, несмотря на частые разногласия, Баден верил в его честность и скорбел вместе с ним после смерти Вардис. Он отказывался верить, что Ньялль вместе с Сартолом предал Тобин-Сер - это было совсем не в его натуре. Но старик вел себя так странно, неужели это как-то связано с исчезновением Сонель?

Снова его охватила паника, словно ледяная рука, сжимающая сердце. Он обернулся и посмотрел Ньяллю в глаза.

- Что ты с ней сделал? - яростно зашептал Баден. - Где Сонель?

Ньялль до странности спокойно посмотрел на него и ничего не ответил. Наконец он заговорил:

- Я не знаю, о чем ты. Пожалуйста, иди, Баден, все ждут тебя.

- Никуда я не пойду, пока ты не скажешь правду!

Оррис и Транн остановились и подошли поближе к Магистрам.

- В чем дело, Баден? - Оррис подозрительно посмотрел на Ньялля.

- Ньялль в ответе за то, что случилось с Сонель.

Транн не без восхищения посмотрел на старшего друга:

- Откуда ты знаешь?

- Знаю, и все. - Баден сгреб Ньялля за плащ, и бледная сова сдавленно зашипела. - Что ты сделал с Сонель? - Он четко выговаривал каждый слог.

Темные глаза Ньялля, пугающе спокойные, еще несколько секунд сверлили взглядом Бадена. Потом он взял Бадена за руку и освободился от его хватки.

- С ней все в порядке. Не знаю, где она находится в данный момент, но, когда я в последний раз видел ее, она была невредима.

- Так ты следил за ними. - В глазах Орриса явственно читалось обвинение. - Ты шпионил для Сартола.

Эти слова вывели Ньялля из себя.

- Не тебе меня судить! И я никому ничего не должен объяснять! Придет время - и я отвечу перед богами, а пока что буду вести себя так, как сочту нужным! - Он окинул арестантов повелительным взором. - А теперь нам пора на суд.