- Хочу заострить ваше внимание на одном важном моменте. Этот приказ пролежал у меня в столе две недели. Не надо аплодисментов. Сегодня рано утром пришло печальное сообщение. Вчера вечером в столице во время перестрелки "завалили" пятерых очень опытных ребят. Подробностей не знаю, так что ничего больше говорить не стану. Ознакомьтесь с графиком дежурств и... вперед. Можете меняться, если того требуют личные или общественные целеустремления. Все изменения согласовывать с Иванчуком, он должен быть в курсе всех ваших перестановок. Можете сразу с ним переговорить. Это он сидит в приемной. Не узнали? Значит, выпишу ему премиальные. Давайте-давайте, рассасывайтесь побыстрее. Да, Игоря и сотоварищей, чтобы не расслаблялись на солнышке, попрошу ненадолго задержаться.
Все вышли, тихо перешептываясь над последней фразой полковника. Сергей сел в кресло напротив Гарлина, Игорь остался стоять рядом с Ализой и солнечным подоконником.
- Идите-ка лучше сюда, - позвал Гарлин, грузно опускаясь в кресло. - Игорек, тебя это касается в первую очередь. Или ты фикус собрался поливать?
Говорил полковник устало и печально, что настораживало; даже его фирменная прибаутка насчет фикуса не смогла ослабить напряжения, возникшего в кабинете. Просьбой к "Игорю и сотоварищам" Анатолий Ефимович Гарлин намекнул всем на то, что произошло нечто из ряда вон. И, возможно, отнюдь не с пятерыми "очень опытными ребятами". Сейчас он откинулся на спинку кресла, прикрыл веки и на пару минут "взял тайм-аут". Над его головой висел портрет Дзержинского, конфискованный двадцать лет назад у одного известного ныне художника. Железный человек был нарисован просто мастерски, но почему-то напоминал Чехова, которого Гарлин просто обожал. Несомненно, именно поэтому портрет и оказался в его рабочем кабинете.
Полковник, надо отметить, внешне напоминал литературного или театрального зубра: зачесанные на затылок седые волосы, высокий лоб, густые брови и пронзительный взгляд серых глаз создавали иллюзию, что перед вами вечно недовольный главный режиссер на генеральной репетиции. Как совершенно точно сформулировал Сергей, идеология "гончих" и "хамелеонов" крепко стояла на спинах трех китов: Конфуция, Станиславского и Крутого Уокера. И имя ей было "гарлинизм".
- В официальном сообщении говорится, что "произошла перестрелка, в результате которой пострадали пять ребят из "альфы" и семеро террористов, причисляемых к так называемой организации ОГРЕ. Небольшая перестрелка, для отвода глаз, действительно имела место быть вчера вечером в одном из скверов на Садовом кольце. Из неофициальных источников мне сообщили, что убили троих и ранили двоих ребят из ближайшего окружения генерал-майора. Вчера утром. Об этом известно пока только мне. Теперь вот - и вам. Если сведения подтвердятся, значит, вечернюю перестрелку инсценировали, чтобы избежать огласки утреннего инцидента.
- Но с самим все в порядке? - Игорь аж привстал.
- Он не пострадал, хотя вместе со своей командой попал в "детскую" западню. Помнишь, где дорога от дачи через холмистый лес идет? Так вот накрыли их, как котят, - стреляли с четырех высоток. Две минуты непрерывной пальбы, а затем полная тишина. И ушли нападавшие так, что никаких зацепок. Веточки сломанной после себя не оставили. Только четкие следы стандартных армейских ботинок к шоссе вели. Все - сорок второго размера. А на шоссе - пусто, как в Сахаре. Два вертолета висели над местом перестрелки буквально через несколько минут, но даже сверху ничего и никого не обнаружили. Хотя... я бы на его месте и не просил искать чересчур усердно. Слишком кислая ситуация сложилась, чтобы ее афишировать. И вот еще что, если хотите знать мое мнение. Судя по краткому отчету, в него намеренно не пытались попасть.
- Не пытались попасть? - удивленно переспросил Сергей. Зачем же тогда так тщательно планировать нападение?
- Не знаю, - вздохнул Гарлин, - но свой предварительный вывод не изменю - планировали именно для того, чтобы не попасть. По переднему сиденью, точнее говоря, по передней половине машины ни одной пули не выпущено. Нетрудно было заранее выяснить, что он всегда сидит рядом с водителем. Лупили по ним прицельно. Двое на заднем - в клочья. Ребята из двух других машин получили по ногам, когда начали выскакивать. Кире это быстро рассек и приказал кому залечь, кому просто не высовываться. Правда, интересно?
Сергей посмотрел на Гарлина так, что тот все понял без слов и тут же ответил:
Читать дальше