Александр Марков - Апсу

Энар пытался их урезонить: "Ну что вы набросились на беднягу Ки, он же устал после битвы, на нем лица нет, дайте ему передохнуть. Ох, молодежь..." - но и он не мог скрыть своего восторга и даже похлопал Ки-Энду по плечу. Бхарг, причесанный, умытый, аккуратно одетый - словом, совершенно преобразившийся Бхарг, - молча стоял в стороне и только широко улыбался, скаля начищенные мелом зубы.

- Спасибо, дорогие мои, спасибо! Простите меня, радость встречи отняла у меня последние силы - я ведь две ночи не спал, все бегал да сражался, был даже мелхом эллигатским! Раз вы тоже не спали сегодня, я думаю, нам лучше всего сейчас пойти немного отдохнуть. Я остановился тут в доме одной женщины. Ее муж и сын погибли в первый день войны. Этот грязный гулл Халгат послал их на верную смерть. Специально послал, я уверен, хоть и не могу доказать. Так что места в доме хватит на всех.

- Ки, а много людей погибло? - спросил Гил. - Наши все живы? Мы видели Балга, и Ру, и Рилга, а остальные?

- Не знаю, Гилли. У меня не было времени это выяснить. Давай пока отложим этот разговор.

Путешественники тоже были порядком измучены - шутка ли, больше суток в седле, - и теперь, после встречи с Ки-Энду, усталость особенно дала о себе знать. Гила неудержимо потянуло ко сну. Войдя в город, Ки-Энду подобрал две небольшие дощечки и острым обломком камня стал царапать на них рисунки-пиктограммы.

- Нужно отдать последние распоряжения, - объяснил он друзьям.

Надпись на первой дощечке гласила: "Всем участникам битвы строжайший приказ: немедленно идти спать. Мелх Ки-Энду". Вторая содержала следующий текст: "Халгат, только ты и твои слуги не сражались сегодня ночью, поэтому сейчас извольте заняться приготовлениями к приему дэвов. Если ты помешаешь отдыхать кому-нибудь из воинов, я выпущу из тебя потроха. На этом твои полномочия тебе возвращаю. Ки-Энду".

Поймав двух мальчишек, Ки-Энду вручил им по дощечке и объяснил, кому передать.

- Ну, теперь все. Пойдем.

Они свернули налево и, пройдя четверть мили, достигли северного моста. Здесь была одна из многочисленных лестниц, ведущих на стену.

- Ой, - сказала Мирегал, - я так хочу подняться и посмотреть на город сверху. Мы же успеем выспаться, ну правда, Ки?..

Ки-Энду вздохнул, но не смог ей отказать, и они вскарабкались по крутым ступеням. Наверху была узкая, в пять локтей дорожка, ограниченная снаружи прямоугольными каменными зубцами высотой в человеческий рост. Через щели-бойницы был виден убегающий вдаль Эллил, поле и полоска леса на горизонте. Бхарг последним поднялся на стену. Он хмурился и шагал неуверенно, словно чего-то опасаясь.

- Что ты, Бхарг?.. - обратилась к нему Мирегал. - Ты очень устал, да?

- Что-то мне не по себе. Как будто знобит немного, - нидхаг отвел взгляд.

- Посмотрите-ка сюда! - встревожено сказал Энар, внимательно гладя в бойницу. - Что-то странное происходит с рекой. Я никогда такого не видел. Везде вода спокойная, а в одном месте волны и водовороты. И это место движется - Оно приближается в нам!

- Правда, - пробормотал Гил. - Что же это может быть?

- Похоже, как будто под водой перемещается какой-то очень большой предмет, - сказал Ки-Энду.

- Наверное, кит! - беспечно предположила Мирегал.

- Радость моя, - киты в реках не водятся, - нахмурился Гил. - Они живут только в море.

- Ну и что. Может, он случайно перепутал. Может, это глупый кит - забыл, что ему надо жить в море, и приплыл сюда.

- Но он плывет вниз по течению, со стороны Леса, - возразил Энар. Маловероятно, чтобы...

Участок неспокойной воды быстро приближался к мосту. Теперь было ясно видно, что в глубине действительно движется большое темное тело. Оно уже почти достигло решетки, когда раздался плеск и над поверхностью показалось нечто, отдаленно напоминающее гигантскую бычью голову с единственным торчащим вперед рогом.

- Что-то не нравится мне этот глупый кит, - проговорил Ки-Энду, не отрываясь от бойницы. - Бхарг, как ты думаешь, что это такое?

Ответа не последовало. Все посмотрели на Бхарга и замерли от удивления. Нидхаг стоял, закрыв глаза, и трясся мелкой дрожью. Пот ручьями стекал по его побледневшему лицу. Он не в состоянии был вымолвить ни слова.

Внезапно снизу, из-под моста, раздался звук, подобный раскату грома; что-то зашипело, заклокотало, и в тот же миг стену и стоящих на ней людей заволокло облаком горячего пара. Стена дрожала, словно и ее тоже охватил необъяснимый ужас. Потом шум внизу стих, осталось только негромкое шипение и плеск, доносящиеся уже с другой стороны моста. Таинственное нечто сокрушило решетку и проникло в город.