Sib - Пилот

Катя пила вкусный и полезный капучино. Поглядывала на меня нежно и признательно. Я тихо млел от её взгляда, а она взяла и отказалась. Потому что такая громада потребует массу времени для наведения в ней порядка. Мыть да пылесосить бесконечные просторы – это прислугу содержать надо. Нанимать её она не собирается, поскольку посторонних в доме терпеть не может. Ей и меня рядышком вполне необходимо и достаточно. И посему обойдётся кирия Катерина Ружейникова домиком гораздо более скромных размеров. А если я намерен сделать ей приятное, то выбором проекта она сама займётся. Хотя и обещает со мной советоваться. Я совсем сомлел от неги и ощущения тихого счастья. Вот банальный штамп – женщина моей мечты. А как здорово-то, мои маленькие любимые радиослушатели, когда у тебя такая есть на самом деле.

Попили мы этого замечательного капучино и на почту зашли. "New World Mail" называется. И обозначается дудочкой, свернутой в каралечку. Имел я одну мысль неоднократно, об этой самой почте. Коммерческая авиация вообще с почтовых перевозок начиналась. Вот и собрались мы с Катей поразузнать, а как это дело тут поставлено? Может, наймут? Самое то для разведполётов. Если платят прилично. Почта функционировала посредством эксплуатации молодого организма, выполненного в стиле эмо. Или как-то так. Это я так стебаюсь, оттого, что прикольно выглядел означенный организм.

Парнишке на вид лет семнадцать, в ухах серьги, в носу серьги и на бровях серьги. Заподозрил я, что это только видимая часть его коллекции, но уточнять побоялся. Вдруг он очень душевно ранимый? Раскрашен был малец в духе мосье Стендаля. В красное и черное. Обмундирован хотя бы по человечески. Но полагаю, только в рабочее время. В чём он на воле гуляет, представить не решусь. Как не решусь предположить о направлении его жизненных ориентиров.

За стойкой сидел он с видом сосредоточенным, заполнял какой-то сложный тугумент официального вида. Кусал свирепо при этом кончик шариковой ручки и видно по всему пытался высосать из неё истину. Потому что часто искал подсказки на потолке. У меня тут обращение выработалось ко всем такое вежливое:

– Мистер Сэр!

– К вашим услугам, сэр?

– А скажи-ка мне, любезный мистер-сэр, не нуждается ли "почта нового мира" в услугах транспортной авиации? В лице меня, надёжного.

Парнишок растерянно захлопал ресничками. У-ти, моя прелесть! Потом преодолев рифы моего акцента, о которые в щепки разбивался смысл произнесённых мною звуков, попросил повторить помедленнее. Надо мне ещё леденцов купить. Для себя. И побольше, побольше. И за щёки их. Наверняка поможет. Я напрягся было, но на выручку пришла богоданная кирия. Что бы я без неё делал? Ума не приложу. Растолковала она парнишке, чего мне знать хочется. Парень стал значительный. Парень стал ответственный. Парень поднялся и произнёс спич.

– Да, сэр. Мы нуждаемся в подобных услугах. Каким самолётом вы владеете? У нас определённые сложности с доставкой посылок. В настоящее время мы отправляем их с попутными конвоями, что неприемлемо для срочных отправлений. И если ваше воздушное судно достаточно велико для перевозки подобных грузов, мы охотно заключим с вами контракт. Но обязан предупредить, что перед вылетом вы должны внести денежный залог, эквивалентный объявленной стоимости отправлений.

Вот чешет! Несмотря на экзотически украшенную голову, мозги в ней он клеем не сквасил. Вполне толковый юноша. Обтолковали мы технические возможности моего пепелаца, признали их удовлетворительными и заслуживающими внимания почтового ведомства. Сообщил он мне почтовый тариф. За тоннокилометр почта оплачивала 1 экю. Вполне мне такая оплата импонировала, о чём я ему не преминул сообщить. Можно сказать, заключили договор о намерениях. Девид Кучковски, так мальчонку звали, как только я сообщу ему о готовности, обещал включить меня в график, и подобрать груз.

Простились мы с этим любителем авангарда и к Саркису ночевать отправились, с длительными посиделками у него в ресторанчике. Там на прохладу народу набежало со всего городка. И за один вечер Саркис рассчитывал недельную норму прибыли поднять. Много мне чего поведал толстячок армянский. И как на Новую Землю с братом угодили, и про русские протектораты, и кто там воду мутит и на чью мельницу ту воду мутную льёт. В русское представительство можно уже не ходить мне. Всё с Москвой местной ясненько сделалось. И про Орден Саркис всяко чего знал. Изрядное в тот вечер в раскладах местных просветление мне снизошло.