Sib - Пилот

– А ты проверь! Садись сзади, прокачу! Сел? Обними меня крепче. Ещё крепче! И никогда не отпускай!

Горячий ветер пропитанный морем и аэродромными запахами ударил в лицо, Катя набрав скорость наклонила скутер положив его в крутой вираж и едва не касаясь коленкой бетона нарезала пяток кругов вокруг "Каравана", потом ещё пяток в другую сторону. За нами носился Монморанси радостно тявкая, и норовил в заднее колесо вцепиться. Или вид только делал. Катя вышла на прямую и гордо притормозила в тени под крылом, под бурные и продолжительные аплодисменты четырёх горячих южных парней из местного БАО или как он тут у них называется. Которых Чезаре уболтал помочь ему в обескрыливании " Каравана". Сиеста уже заканчивалась, они и подъехали на кране. Катя соскользнула со скутера, сделала им книксен, что вызвало ещё один шквал аплодисментов и одобрительных возгласов сомнительного содержания. Пришлось сурово насупить брови и намекнуть, что пора бы и делом поразмяться жеребцам застоявшимся. Парни принялись за работу, а Катя потребовала от меня комплиментов:

– Ну, как? Сдала я экзамен на право управления этой блохой?

– Ты лучше меня катаешься! Где научилась только?

Надо же девушку лестью немножко побаловать? Пусть ей приятно станет!

– О! В юности я была изрядной шалопайкой! Пока не вышла замуж. А когда вышла, то всё сразу стало "непристойно", "не подобает", "я запрещаю даже думать об этом".

– А я – разрешаю! Поскольку верю в твой здравый смысл!

– Спасибо, любимый!

И я был заслуженно награждён. Несколько раз. Под завистливые взгляды присутствующих. В том числе и малярши, которая как раз закончила с правой стороной киля. Когда она спускалась со стремянки, дикие самцы переключили своё внимание на неё, одобрили фактуру оглушительным свистом, подхватили под локоточки и ягодички, со всех сторон страхуя от случайного падения с неустойчивой стремянки, и наперебой стали приглашать кирию Марию разделить их одиночество сегодня вечером, в каком-нибудь приятном месте. В крепких мужских ладонях она чувствовала себя как рыба в воде. Глазки у художницы замаслились, моя персона оказалась задвинута в дальний запасник, и она тут же на месте договорилась с тремя подругами для пропорциональности. А лис у неё вышел – хоть куда. С доброй улыбкой и приветливым взглядом умных глаз. Замечательно рыжий и пушистый. Девица оказалась мастером своего дела. Что есть – то есть.

Оставив народ работать на мою пользу а Чезаре руководить процессом и сунув ему денег для расчёта с подрядчиками, мы с Катериной поехали в город. Только сначала пришлось в аэропорту сумку прикупить. В которую мы Морсика определили. Он поворчал немного, но быстро освоился у меня за спиной и только под мышку мне нос засунуть норовил, с целью вперёд поглядеть.

– Слышь, лохматый! Усами не шшикотись, да?

– А ты вид не засти! Мало того, что в мешке сижу, как кот приблудный, так ещё и перспектив лишили начисто! Тебя бы самого в сумку эту затолкать!

– Я не влезу! А ты можешь и рядышком пробежаться! В жизни героя всегда есть выбор подвига!

– Ох, и наглый же ты, предводитель стаи! Ох, и борзый ты! Недобрый ты! Зря я тебя в вожаки себе выбрал.

Пришлось сумку на колено передвинуть. Он сразу угомонился, только глазки щурил и носом запахи на лету ловил, трепеща на ветру заложенными назад ушками.

Приехали мы в один хитрый шпионский магазинчик. Выбор там был богатейший. Любят люди вуайеризмом пострадать. Пошпионить друг за дружкой. Ох, любят. Поголовно! Купил я там миниатюрную японскую видеокамеру цифровую, с датчиком движения сопряжённую и аккумулятор из расчета на три дня работы. Камера включалась от датчика движения и работала по таймеру две минуты. Потом выключалась, до следующего срабатывания. Всё компактное, влагоустойчивое и по приемлемой цене. Сегодня во тьме ночной снова клиента навестим, да поставим на него видеокапкан. Мне ведь только и нужно, собственно, что убедиться в факте присутствия объекта в наличии. А там… видно будет.

Засунул я добро в сумку к Морсику, потесниться ему пришлось. Поехали мы домой к приёму важного гостя готовиться. Гость ожидался и в самом деле неординарный. Учился он с кириэ Матфеем в университете. Жили они в кампусе в комнате одной, шалили вместе и подружились крепко. Потом пути их разошлись. Но дружба продолжалась, хотя встречались изредка. Он-то как раз и был инициатором Катиного замужества. С его подачи фамилию она сменила. А ещё был он членом клана, одного из тех самых кланов знаменитых греческих судовладельцев. Не из Онасисов, и не Ниархосов, Лациссов, или там Ангеликуссисов…но и далеко не из последних. Допустим, из… ну неважно на самом деле. Известный человек, и влиятельный по самое немогу. Теодору покойному до него было, как до Луны раком. И вот, набоб этот давненько зарился на Федькины ружья. Коллекцию он собирает. Вот так вот. Катя ему позвонила, сказала, что согласна продать их, он даже из Афин примчаться не поленился ради такого дела. Вот его и будем встречать в скромном семейном кругу.