Тимоти Зан - Верность

– А что в них говорится? – Соморил прищурился.

– Первое – ещё ничего. Они лишь расправились с бандой грабителей, напавших на фермеров. А второе сообщение: после их действий пришлось в одном городке восстанавливать патрульную службу.

– Они захватили целый город?

– Нет. Просто восстановили в должности предыдущую группу патрульных. Деталей пока мало. Да это и не важно. Однако теперь Руке Императора известно, откуда взялись эти штурмовики.

– Вряд ли она догадалась о связи между этими событиями. А если и догадалась, она могла никому не рассказывать.

Оззель уставился на него с неприятным ощущением в животе:

– Вы на что намекаете?

– Я о том, что она не отправила никаких сообщений с «Возмездия», и с «Пути Хаппера» тоже ничего не отправит. Брок и Гиллинг за этим проследят. Остаются только средства связи там, куда она направилась, – Соморил помедлил. – А судя по вектору её полёта, это почти точно горнодобывающий комбинат на Геппарине.

– Вы следите за ней?

– А откуда нам ещё знать, где её искать? – благоразумно ответил Соморил. – И теперь, капитан, решение за вами.

– Да вы хоть отдаёте себе отчёт в том, что предлагаете? – Оззель даже удивился звуку собственного голоса. – Вы собираетесь убить имперского агента! Женщину, которая получает приказы от самого Палпатина!

– Девушку, – уточнил Соморил. – Она едва закончила обучение, не получив никакого опыта в полевой работе.

– Она имперский агент!

– Не надо! – прорычал Соморил. – Она сама выбрала себе нелёгкую судьбу. Агенты часто погибают на задании.

– Тогда почему вы не расправились с ней, пока она была ещё здесь? – загремел Оззель.

– На глазах у сотен возможных свидетелей? – презрительно осведомился Соморил. – К тому же я не знал, насколько близко к следу она подобралась. А теперь знаю.

Оззель шумно вздохнул. Но полковник прав. До ужаса, до боли прав.

– И что вы предлагаете делать дальше?

– Говорю же, жизнь у агентов опасна, – ответил Соморил. – Никогда не знаешь, где тебя настигнет нелёгкая в какой-нибудь военной операции, – он поднял брови. – Одна такая операция может случиться, когда патрулирующий звёздный разрушитель проходит мимо потенциального гнезда пиратов.

Некоторое время двое мужчин смотрели друг на друга. Затем Оззель медленно коснулся внутренней связи.

– Говорит капитан, – мрачно объявил он. – Курс на систему Геппарин. Отправляемся в путь, как только гипердвигатель выйдет на полную мощность.

Получив ответ, он отключил связь.

– Похоже, вы уже рассчитали, с каким запозданием после неё мы туда прибудем?

– Не более нескольких часов, – заверил Соморил. – Брок и Гиллинг не будут всё это время подпускать её к средствам связи, – он встал. – С вашего разрешения, капитан, пойду узнавать подробности про наших пятерых дезертиров.

Он слегка поклонился и повернулся к двери.

– А что бы вы делали, если бы я отказался? – спросил Оззель ему в спину.

Соморил не обернулся.

– Я бы отправил за ней один из своих кораблей, – ответил он. – А вас бы презирал потом до конца ваших дней.

– Хотите сказать, до конца ваших дней? – фыркнул Оззель.

– Ничуть, – тихо сказал Соморил. – Меня не покидает чувство, что тогда ваша жизнь оказалась бы на порядок короче моей.

Как и было условлено, когда Лея вышла из гиперпространства близ необитаемой планеты – места встречи, корабль Чивкири уже ждал. Два других корабля тоже находились в пределах видимости на орбите: в них находилось ещё два вождя Сопротивления, которые прилетели поспорить против каких бы то ни было планов Чивкири. Глядя в иллюминатор и глубоко дыша, как учил отец, Лея видела, как пилот притормозил и поравнялся с кораблём Чивкири. «Просто ещё одни переговоры», – настойчиво внушала она себе. За свою карьеру она побывала уже на сотнях подобных мероприятий.

Однако эта встреча таила что-то зловещее – нехорошее предчувствие, которое никак не проходило. В глубине души она жалела, что рядом нет Люка. Или даже Хэна.

В бытность имперским сенатором она редко имела дело с адарийцами: их интересы редко пересекались с интересами Альдераана. Но, вступив в Сопротивление, ей пришлось вплотную познакомиться с их обычаями и складом характера. Как говорил отец, во время войны приходится учить географию. Лея бы даже сказала, что когда воюешь, приходится изучать других людей.

Торжественная встреча на борту корабля Чивкири была краткой, но вся пропитана историей, обычаями и значимостью. Лея очень обрадовалась, что успела изучить эту церемонию заранее. Она допустила лишь несколько незначительных ошибок большей частью из-за того, что человеческий речевой аппарат не позволял ей выговорить некоторые адарийские слова.