Дэвид Вебер - Крестовый поход

«Однако, – мрачно подумал Антонов, – отношение к нашим «гостям» скоро может измениться».

Исполнив свой долг, он передал начальству документы, захваченные у фиванцев на Новейших Новых Гебридах. Однако никто во всем Втором флоте, кроме самого Антонова, Виннифред Тревейн и еще нескольких самых доверенных лиц, не знал, что их ждет в звездной системе Альфред. Пока не знал!

Однако перед самым проходом узла пространства адмирал решил удвоить караул у каюты фиванцев.

Изучая изображение Нового Бостона на экране главного оптического монитора, Антонов подумал, что это зрелище особенно ужасно на фоне эйфории, вспыхнувшей по поводу полного отсутствия сопротивления фиванцев в Альфреде. Теперь это никого не удивляло. Помехи на коммуникационных каналах красноречиво обо всем рассказали еще до того, как на экранах вспомогательных оптических мониторов стали появляться радиоактивные воронки на местах городов. В Альфреде фиванцам просто было нечего защищать!

Ктаар первым на флагманском мостике сказал вслух то, о чем подумали все.

– Вы знали об этом, господин адмирал, – без обиняков заявил он.

– Население Нового Бостона составляет, то есть составляло, чуть более миллиона человек. Фиванцам не хотелось тратить силы на обращение в истинную веру такой жалкой горстки людей особенно после фиаско, которое они дотерпели в своих лагерях для перевоспитания на Новейших Новых Гебридах. Они просто уничтожили все население планеты.

Офицеры Антонова никогда еще не слышали, чтобы адмирал говорил таким низким басом.

– Мы отправим экспедиционный корпус на поиски уцелевших. Ведь даже самое маленькое население не истребить до последнего человека, если, конечно, не сделать планету полностью непригодной для жизни. – Адмирал замолчал и вздохнул: – Некоторые очень высокопоставленные лица на прародине Земле уже знают об этом. Теперь это не скрыть от широкой общественности. Политики и средства массовой информации, – продолжал он, произнеся эти слова как непристойные ругательства, – зайдутся в истерике. Даже Говарду Андерсону будет трудно удержать депутатов от голосования за поголовное истребление фиванцев.

– «Минишархууак», Иваан Николаайвищщ! – взорвался Ктаар. Присутствующие уставились на него. Орионец выкрикнул страшное проклятие и раньше на людях всегда обращался к Антонову не иначе как «господин адмирал».

– Можно подумать, вы сочувствуете этим фанатикам!

Антонов не спеша повернулся и посмотрел в пылающие гневом глаза орионца. Ктаар же, взглянув поверх бездны биологических и культурных различий, отделявших его от людей, в глаза своему брату по крови, увидел в них воспоминания о бесконечной истории человечества с ее непрерывной чредой тиранов, завершившейся чудовищным экспериментом, в результате которого прямые предки адмирала познали сто лет горя и страданий.

– Я им действительно сочувствую, – негромко сказал адмирал и печально улыбнулся. – Ты тоже должен им сочувствовать, Ктаар Корнажевич! Не забывай, что теперь ты русский. А русские понимают, в какую страшную ловушку могут завести целый народ ложные боги.

Безмолвие от Антонова и Ктаара разошлось, как круги по воде, по всему адмиральскому мостику.

– Мы закончим эту войну, – уже громче проговорил Антонов все тем же хриплым голосом. – Мы закончим ее единственно возможным способом. На человеческий манер! Мы отправимся в Лорелею, а оттуда – в Фивы и уничтожим там средства, с помощью которых фиванская Церковь смогла учинить на другой населенной планетой то, что она сотворила здесь. Мы ни перед чем не остановимся, чтобы выполнить эту задачу. Однако, пока я командую флотом, мы не уподобимся фанатикам! Мы ничем не обязаны фиванцам, но будучи в долгу перед своей историей, не станем поступать так, словно она ничему нас не научила!.. Коммодор Сущевский, пусть связисты подготовят курьерскую ракету с сообщением для всех транспортных кораблей. Они должны немедленно прибыть сюда. Настало время беспилотных носителей стратегических ракет!

– Вот и вся информация, господин адмирал второго ранга!

В штабной рубке «Алоиза Сен-Жюста» адмирал Яханак откинулся в кресле и потер роговой щиток на черепе.

– Благодарю вас, капитан Юрах!

Яханак не просто благодарил Юраха за утренний отчет о событиях последних суток. За время, прошедшее с тех пор, как Ланту «освободили» от занимаемой должности, Юрах утратил первоначальное недоверие к Яханаку, а тот стал полагаться на этого способного офицера так, как когда-то это наверняка делал сам адмирал первого ранга. Конечно, Юраха нельзя было назвать гигантом мысли, но он был прекрасным профессионалом. Полностью понимая серьезность сложившейся ситуации, он не впадал в отчаяние. Кроме того, он не твердил по малейшему поводу, что Святая Мать-Земля сотворит чудо и спасет свой Возлюбленный Народ. Эти фаталистические заявления так действовали на нервы адмирала, что из-за них он удалил от себя немало подчиненных. Яханак не имел ничего против истинной веры при условии, что та не будет мешать офицеру военно-космического флота адекватно оценивать ситуацию.