Дэвид Вебер - Война Хонор

– Очень хорошо. Мечья, направьте им еще одно требование сбросить ускорение. И укажите, что это последнее предупреждение.

– Есть, мэм. – Лейтенант МакКи прокашлялась. – «Ситтих», говорит «Джессика Эппс». Немедленно сбросьте ускорение. Повторяю, немедленно. Это последнее предупреждение. «Джессика Эппс», конец связи.

Ответа не последовало. Ферреро бросила взгляд на Харриса.

– Идет с прежним ускорением, капитан, – ответил на молчаливый вопрос тактик.

– Видимо, ему нужен окрик погромче, Шон. Сделайте предупредительный выстрел.

– Есть, мэм.

Харрис нажал «пуск», и одна-единственная ракета, вырвавшись из первой пусковой «Джессики Эппс», помчалась наперерез «Ситтиху». «Ох и бесится же сейчас Гортц, – весело подумала Ферреро, отслеживая на дисплее удаляющийся огонек ракеты. – Ну и поделом этому ублюдку, а то вконец обнаглел…»

– Ракетный залп! – неожиданно воскликнул Харрис. Ферреро подскочила в командирском кресле. Этого просто не могло быть: даже на борту «Ситтиха» не нашлось бы дураков, желающих оказать сопротивление тяжелому крейсеру!

– Множественный запуск с «Хеллбарде», мэм! – прозвучал голос Харриса. – Похоже на полный бортовой залп!

Долю секунды Ферреро не отрываясь смотрела на Шона. Он что, серьезно? Но ведь «Джессика» далеко за пределами досягаемости ракет… Нет, пришло к ней чуть ли не спокойное осознание случившегося, «Джессика» находилась не за пределами досягаемости ракет «Хеллбарде», а за пределами расстояния, которое считалось достижимым для андерманских ракет.

Того расстояния, которое считала предельным для них Эрика Ферреро.

– Рулевой, уклонение по плану «Гамма»! – выкрикнула она. – Тактик, забудьте о «Ситтихе»!

Эрика заставила себя улыбнуться, по-прежнему излучая уверенность, хотя совесть упрекала её как раз за излишнее самомнение, обернувшееся кризисом. Но переживать об этом было так же поздно, как и пытаться образумить Гортца.

– Сдается мне, ребята, нам предстоит ещё более интересный день, чем мы думали, – объявила она экипажу мостика и кивнула Харрису. – Вступаем в бой, лейтенант.

– Должна сказать, ваша милость, – тихо сказала Мерседес Брайэм, вместе с Нимицем и Эндрю Лафолле сопровождавшая Хонор в флагманский конференц-зал «Оборотня», – все это произошло в самое неподходящее время.

– Ты права, – так же вполголоса согласилась Хонор. – Но «подходящее» время для такого найти трудно.

– Верно, мэм.

Двери перед ними распахнулись, дожидавшиеся в помещении офицеры поднялись на ноги.

Это было первое официальное собрание всех командиров оперативных групп и эскадр Хонор, и здесь был представлен широчайший спектр рангов, должностей и боевого опыта. Многих Хонор знала давно и хорошо – начиная с Алистера МакКеона и Элис Трумэн. Прибыли командир Шестнадцатой эскадры кораблей стены контр-адмирал Сэмюэль Вебстер, командир Девятой эскадры контр-адмирал Джордж Астридез, Альфредо Ю (теперь уже полный адмирал), Уорнер Кэслет, командовавший Первой эскадрой кораблей стены Ю, а также подчиненные Ю контр-адмирал Гарриет Бенсон-Десуи, командир Первой эскадры НЛАК, вице-адмирал Марк Брентуорт, возглавлявший Вторую эскадру кораблей стены, и контр-адмирал Синтия Гонсальвес, командовавшая Первой эскадрой линейных крейсеров. Помимо этого созвездия талантов здесь присутствовало с полдюжины адмиралов, известных ей меньше, начиная с её предшественника на посту командира станции «Сайдмор» контр-адмирала Энсона Хьюита. Кроме того, были приглашены заслуженные капитаны, которым она всецело доверяла, например, Сьюзен Филлипс, флаг-капитан Ю (имя её корабля – «Хонор Харрингтон» – до сих пор приводило герцогиню в замешательство) и капитан Фредерик Бэгвелл, некогда операционист первой эскадры кораблей стены Хонор, а ныне флаг-капитан Брентуорта. Может быть, и не все они были «братьями (и сестрами) по оружию», как любили говорить в СМИ, но, глядя на эти лица и ощущая исходившие от этих людей эмоции, Хонор понимала, что получила в свое распоряжение команду куда лучше, чем мог бы надеяться флагман в этой несовершенной реальности. И по крайней мере, у неё было время познакомиться с теми, кого до прибытия на Сайдмор она не знала. Некоторые требовали особого внимания, многие проявили себя как заслуживающие уважения профессионалы, кое-кто – как очень хорошие специалисты, а один или двое – как просто блестящие. И все до единого, независимо от тревоги, которую они испытывали, были готовы поддержать любое её решение. «Вот в чем разница между нами», – подумала Хонор, подав собравшимся знак садиться, устроив Нимица на спинке кресла и заняв своё место. Они – готовы поддержать её решения, а она – будет эти решения принимать.