Дэвид Вебер - Война Хонор

– Внутреннюю угрозу, – поправил ее Тейсман. – Но не внешнюю. Я всё ещё считаю, что манти, и особенно этот осел Яначек, для Республики намного опаснее, и угроза эта намного более безотлагательная.

– Том, Том. – Причарт вздохнула, потерла глаза ладонями и поморщилась. – Я согласна с твоей оценкой меры глупости Высокого Хребта, Яначека и прочих. Проблема в том, что хоть из кожи вон лезь, мы не способны контролировать их действия. Мы можем надеяться управлять ситуацией у себя дома, а межзвездное положение от нас не зависит. Если Яначек и его хозяин решатся на какую-нибудь глупость, спасти нас от последствий их идиотизма смогут только ты и твой Флот.

Несколько секунд Тейсман молча смотрел на неё. Причарт чувствовала напряженную работу его мысли. Наконец, он спросил:

– Ты абсолютно уверена, что хочешь решить проблему таким образом?

– Это вовсе не то, чего я « хочу », – отрезала она, – а то, в чем вижу наименьшее из зол. Кевин может не знать, какую цель ставит перед собой Арнольд, но вот для меня очевидны как минимум два направления, в которых он будет работать. Во-первых, попытается повлиять на мою – и твою тоже – позицию в том, что касается переговоров с манти, а во-вторых, заработать себе рейтинг, дающий ему надежду на победу на будущих президентских выборах. Если ему вообще хватит терпения ждать так долго.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился Тейсман. – Полагаешь, он и вправду затевает что-то подобное?

– Нет. Нет, не думаю.

Он внимательно смотрел на нее, прищурив глаза, и она вздохнула.

– Ну хорошо, я допускаю такую возможность, – призналась она через силу. – Мне чертовски жаль, что я проговорилась тебе, Том Тейсман! Но пойми: единственное, в чем я уверена на сто процентов, так это в том, что я не доверяю Джанколе, терпеть его не могу, что он амбициозен, самоуверен и беспринципен. И все это не является основанием для каких-либо «решительных действий».

– Вообще-то, Элоиза, – сказал адмирал обманчиво мягким тоном, – я не настолько люблю устраивать государственные перевороты, как может показаться. Во всяком случае чтобы спровоцировать меня, требуется что-то посерьезнее!

– Знаю, – виновато сказала она. – Похоже, когда речь заходит об Арнольде, у меня ум за разум заходит. Заметь я не думаю, что он, представься ему возможность закрутить политические интриги в старом стиле, колебался бы хоть минуту. Просто в данный момент Деннис с Кевином делают такой подход совершенно бесперспективным. Вот почему Джанкола решил зайти с другой стороны, и вот почему мы не можем позволить ему контролировать поток информации. Он пытается использовать сведения о Болтхоле как клин. Как дополнительное доказательство собственной значимости, своего положения человека, имеющего доступ к рычагам власти и соответствующей информации. На фоне обструкции, которую манти устраивают всем попыткам вести конструктивные переговоры, информация о наличии у нас военных кораблей нового поколения позволит Арнольду выставить меня сторонницей политики бесконечных уступок недавнему врагу. В конце концов, если мы добились определенных успехов в ликвидации военного отставания, но по-прежнему не решаемся надавить на манти, значит, мы вообще слишком робки, чтобы на них давить.

– Но если бы мы, как он того добивался, надавили на них раньше, у нас не осталось бы времени на ликвидацию отставания! – парировал Тейсман.

– Естественно, но неужели ты думаешь, что он собирается упоминать о таких мелочах? – с мрачным смешком поинтересовалась Причарт. – Конечно, об этом можем напомнить мы, но толку не будет. Кому интересно вспоминать, какова была ситуация три или четыре года назад. Важно, как обстоят дела сейчас. А сейчас – во всяком случае, по представлениям Арнольда – мы достаточно сильны, чтобы противостоять манти, если только нам хватит на это мужества.

– Следовательно, ты собираешься сделать именно то, чего он добивается?

Вопрос Тейсмана мог бы прозвучать как обвинение, но Элоиза всё поняла правильно. Было ясно, что адмирал по-прежнему не соглашается с её политикой, но, во всяком случае, понимает её мотивы и осознаёт её правоту. Выбирать приходилось не между лучшим и худшим, а между плохим и очень плохим.

– Другого выхода, кроме как использовать его же маневр, я не вижу, – призналась Причарт. – Если мы сами объявим о существовании новых кораблей и одновременно усилим нажим на манти за столом переговоров, то частично обезвредим его происки. Надеюсь.