Дэвид Вебер - Война Хонор

– Моментом истины, мэм? – переспросил Харрис.

– Им самым. Не знаю, что это, собственная инициатива или указание начальства, но наш «капитан Гортц» явно хочет сделать заявление на тему технических возможностей анди. В таком случае пора и нам кое-что заявить. Я хочу, чтобы после семидесятидевятиминутного промежутка обе наши буксируемые платформы направили свои активные сенсоры в сторону андерманцев и включили их на полную мощность. Шон, мне нужен не просто радарный снимок их корпусов. Я хочу считать с них всё, вплоть до паролей на коммуникационных портах, вплоть до долбанных серийных номеров, выбитых на деталях, и отпечатков пальцев техника, готовившего эти штуковины к полету. А больше всего я хочу сжечь в хлам их пассивные сенсоры. Ясно?

– Так точно, шкип! – Подтвердил Харрис с такой же зловещей улыбкой. – Заказ на жареные разведывательные зонды в голландском соусе принят!

– Хорошо. – Она снова потрепала его по плечу. – Очень хорошо.

С этими словами Ферреро вернулась в командирское кресло, вновь уперлась взглядом в малиновые значки зондов «Хеллбарде», и улыбка её поблекла. Как ни приятно с процентами отплатить капитану имперского крейсера за грубость – она не лукавила сама с собой, признавая, что это будет крайне приятно, – к сожалению, никак невозможно было изменить тот факт, что «Хеллбарде» сумел взять их под наблюдение незамеченным.

Почему Гортц пришло в голову продемонстрировать свои возможности, оставалось загадкой, но в действиях капитана анди прослеживалась определенная схема. Он (или она) постепенно, шаг за шагом, раскрывал всё новые возможности своих технологий – и не исключено, что таким образом он хотел подтолкнуть «Джессику» к раскрытию своих. Отчасти поэтому Ферреро и пошла на такие сложности, чтобы скрыть факт использования ею «Призрачного Всадника». Буксируемые на тяговых лучах платформы, которые она приказала Луэллину выпустить в пространство в ходе «маневров», едва ли можно было отнести к техническим новинкам. Они использовались с незапамятных времен и будут использоваться впредь, ибо в отличие от самых совершенных автономных зондов, могли получать энергию непосредственно с материнского корабля. Это делало их рабочий ресурс практически неограниченным, а также позволяло устанавливать на них чрезвычайно мощные генераторы помех и сенсоры. Таким образом, использовав их для выведения зондов «Хеллбарде» из строя, Ферреро воспользуется «старой» технологией.

При этом она даст понять Гортц, что «Джессика Эппс» обнаружила его шпионов, не раскрыв (во всяком случае, ей хотелось в это верить), как именно и когда это было сделано. Следовало напомнить Гортц о том, что при всех возможных достижениях Империи техническое превосходство в космосе принадлежит КФМ. Что, как искренне надеялась Ферреро, оставалось непреложной истиной.

Но капитан Гортц должен получить ещё и личное послание, которое ей чертовски не терпелось отправить. Поскольку когда лейтенант-коммандер Харрис превратит чувствительные пассивные сенсоры андерманских зондов в бесполезные железки, сообщение капитану дер штерне Гортц от капитана Эрики Ферреро будет предельно понятным:

«Не хрен таскаться за мной по пятам, хитрожопый!»

– Мне это не нравится, – сказал Томас Тейсман, откидываясь в удобном кресле.

Они разговаривали в кабинете президента Причарт. Голос Тома звучал мягко, что резко контрастировало со свирепым выражением хмурого лица. Поразмыслив над сказанным, Том уточнил:

– Совершенно не нравится!

– А мне, думаешь, нравится? – огрызнулась Элоиза Причарт. Впрочем, Тейсман знал, что её гнев направлен не на него. – Но, похоже, донесение Кевина не оставляет нам особого выбора.

– Ты всегда можешь вышвырнуть сукина сына, – предложил Тейсман.

– Я думала об этом, очень серьезно думала, – признала Причарт. – Но, к сожалению, мой источник сообщает, что сукин сын готов оспорить требование о его отставке как неконституционное.

– Неконституционное? – изумился Тейсман.

Причарт печально улыбнулась:

– Ну, незаконное, как минимум. Существует юридически обоснованное мнение, согласно которому акт о введении в действие Конституции предоставил Конгрессу право утверждать и отвергать назначение мною членов кабинета… и любые изменения в его составе.

– Какая чушь!

– Я придерживаюсь того же мнения. Из чего, однако, не следует, что если я попытаюсь выдворить Арнольда из правительства, он не обратится в суд.