Антон Орлов - Чужое тело

— Как тебя зовут? — брезгливо осведомилась Глена.

— Тина.

— Тина?.. Тогда все понятно. — Она протянула это с таким видом, словно получила исчерпывающий ответ на добрый десяток насущных вопросов.

— Что понятно?

Тине не было дела ни до ее неприязни, ни до демонстративно уничижительных черточек в ее поведении. Все это предназначалось виртуальной личности, которая обладала лишь видимостью существования. Да и сама Глена скоро перестанет существовать. Вероятно, Лиргисо убьет ее, как собирался. Тина не испытывала желания вмешаться. Будь на месте Глены кто-нибудь другой, симпатичный ей, она постаралась бы предотвратить убийство, а так — пусть эти двое разбираются между собой без ее участия.

— Да все понятно, все! — с торжеством заявила Глена. — Не беспокойся, ты Криса не интересуешь, ему просто понравилось твое имя. Он влюблен в имя «Тина». И не придумывай, что ты ему нужна! Все потому, что он встретил какую-то Тину, когда путешествовал. Он после этого тяжело болел и разучился говорить, а потом научился говорить и снова заболел, и все время звал в бреду какую-то Тину. Так что не воображай, не нужна ты нашему Крису! Он на каждую Тину кидается, как кошка на колбасу, а мне перед людьми стыдно. На Незе он даже, прости господи, чуть не начал бегать за киборгом по имени Тина, а у них же электронные мозги и чувств никаких нет.

— Электронные мозги у роботов, — поправила Тина. — Киборг — это человек с модифицированным организмом.

— Можно подумать, ты что-то понимаешь! — раздраженно проворчала Глена. — Только и умеешь по оргиям шляться. Как же, наверное, твоим родителям стыдно…

Вдруг она спохватилась: а стоит ли снисходить до беседы? — и умолкла, выпрямившись в кресле. Ее лицо, суховато-элегантное, лишенное признаков возраста — достойный продукт пластической хирургии, — хранило выражение неодобрения и задетого достоинства. Имиджмейкер, который тренировал ее, определенно знал свое дело.

Аэролимузин уже падал в распахнувшуюся навстречу обитаемую бездну Эфезама, переливчатую от непрерывного движения, ощетинившуюся фрактальными высотками и перевитую трубчатыми эстакадами. Кое-где в сероватой толще зимнего пространства пылали неоновые образования, цветными привидениями мелькали голограммы. Тина никогда не бывала в Эфезаме, и сейчас, невзирая на обстоятельства, ее сердце сладко екнуло: еще один мегаполис. Сколько она их видела, и все равно было мало — детская мечта о больших инопланетных городах всегда оставалась при ней. Жажда, которая никогда не будет утолена.

Тине пришлось сделать отчаянное усилие, чтобы не погрузиться в это настроение. Она сейчас не путешествует в свое удовольствие, будучи киборгом, а скрывается от «мерзавца Лиргисо», как называл его Тлемлелх. Радоваться новым городам она будет после, когда опять станет киборгом и, как минимум, набьет физиономию директору «Кристалона», претворив в жизнь скромное заветное желание Поля. Кстати, о Поле: отправить предупреждение на Нез — пункт номер один.

Машина села на площадке для парковки, разграфленной на прямоугольники.

— Выходи! — потребовала Глена. — И чтобы ты больше не смела вешаться на Криса!

— Если вы дадите мне достаточно крупную сумму, я улечу с Ниара, и Крис меня не найдет. Меня устроит… — Тина задумалась, припоминая, сколько стоит билет недорогого класса на космолайнер до Неза, — пожалуй, тысяча галактических кредиток наличными, а лучше полторы. Тогда я сегодня же испарюсь.

— Малолетняя шантажистка! — То ли Глену передернуло, то ли она сумела убедительно это изобразить. — Этому тебя в школе научили?! Испарится она, как же! С моими деньгами… С такими деньгами кто хочешь испарится! И не стыдно тебе? Убирайся, соплячка паршивая!

Тина пожала плечами и вылезла из машины. Она не очень-то рассчитывала на успех, но попробовать стоило.

— Крис будет меня искать, — предупредила она, полуобернувшись.

— И не надейся! — запротестовала Глена. — Обрадовалась, паршивка! Тин много!

— Я только одна, — возразила Тина и направилась меж двух рядов машин к тротуару, где маячила, загромождая проход, гигантская дымящаяся чашка.

Глена что-то крикнула вслед. Какую-то гадость, Тина не стала прислушиваться.

Чашка оказалась голограммой, под ее призрачной оболочкой притаился вполне реальный кофейный автомат. Ощутив аромат кофе, Тина замешкалась, но все же прошла мимо.

Ледяной ветер то начинал беситься, то затихал, и тогда проспект, противоположную сторону которого заслоняла четырехъярусная транспортная эстакада, становился вполне пригодным для сносной жизни местом. Встречные задерживали взгляды на Тине, от этого не спасал даже надвинутый капюшон. Лярнийская полумаска — при правильном исполнении очень красивый макияж, а Лиргисо умел его делать.