Антон Орлов - Чужое тело

— Твой Крис их укокошил, — буркнул Поль. — Вот увидишь, он не уймется, пока не изведет всю родню и не станет единоличным собственником.

Ольга возразила, что Крис тут ни при чем, это был чистой воды несчастный случай. Жуткий и нелепый. Какое-то светское торжество, приглашенных угощали кремонами — ниарскими тропическими плодами, фаршированными мороженым; едят этот десерт с помощью специальных ножичков. Глена оступилась на ровном месте, упала и напоролась горлом на свой ножичек. Ей на помощь бросились двое родственников, а также два робота-официанта — последние обслуживали гостей, паря у них над головами. Они еще и оформлены были под ангелочков. В воздухе «ангелочки» столкнулись и рухнули прямо на людей, одного закоротило… К тому времени, как удалось отключить напряжение, трое пострадавших были мертвы. Вся эта драма разыгралась на глазах у Криса; он очень переживал и некоторое время назад улетел на Савайбу, но, возможно, уже вернулся оттуда. Ольга просила Поля не драться с ним, если на Ниаре им доведется столкнуться.

В дверном проеме появилась Ивена. В старом оранжево-голубом костюмчике Ли — футболка и шорты — она выглядела совсем как местные дети, не хватало только тропического загара. На шее висел на шнурке автопереводчик. При виде взрослых она испуганно попятилась, ухватилась за края шортиков и присела в подобии реверанса. Наверное, так должны вести себя хорошо воспитанные манокарские девочки.

Поль поставил чашку, выскочил из комнаты и догнал Ивену около лестницы в полутемном холле:

— Ивена, ты куда? Пойдем к нам?

— Нет… — Она смущенно помотала головой, потом попросила: — Поль, а достань, пожалуйста, котика! Он от меня за коробки залез…

Коробки с материалами для Ольгиной мастерской стояли в большом холле на первом этаже. Кота за ними уже не было. Сбежал.

— Ты с ним поосторожней, — предупредил Поль. — Он царапается.

— Я его на руках поносить хотела. Он такой пушистый…

— Лучше не надо, цапнуть может. Идем сюда!

Поль вывел ее во внутренний дворик. Ивена запрокинула голову и изумленно прошептала:

— Ой, какое небо блестящее…

— Нез ближе к центру Галактики, чем Манокар. Звезд больше.

Звезды искрились на черном небосводе сплошной алмазной россыпью — одни покрупнее, другие помельче. В их серебристом свете белел посреди двора фонтан. Дальше округлым темным пятном выделялся на фоне стены аэрокар Джеральда, лобовое стекло поблескивало.

— А Ниар далеко?

— Не очень. Для нас со Стивом это вообще не имеет значения, я же тебе объяснял про гиперпространство.

— Ты скоро вернешься?

— Не знаю. На Ниаре мы должны найти нашего друга — когда найдем, тогда и вернемся.

Шум ночного Кеодоса. Приглушенная расстоянием незийская музыка с нежным перезвоном колокольчиков.

— А в Ольгином доме нет привидений, как в приюте? — придвинувшись ближе к Полю, тихо спросила Ивена. — А то он большой такой…

— Нет, однозначно. Здесь только кот бегает. И в приюте тоже никаких привидений нет. Черную Вдову изображал обыкновенный живой человек.

Поль так и не сознался, что это он был Черной Вдовой. Не мог себя заставить. Черная Вдова ему не нравилась; вдобавок он опасался, что Ивена после такого признания начнет его бояться.

— Знаешь, почему я в приюте сидела на чердаке? Я хотела придумать дверь, чтобы оттуда уйти. Сказочную, как в той сказке про Алису. Чтобы раз — и оказаться в другом месте. А у меня не получилось… А потом ты пришел.

— По-моему, у тебя получилось. Сказочная дверь не обязательно должна выглядеть как настоящая. Дверь — это просто символ. Ты хотела оказаться в другом месте, мы с тобой встретились, и ты оказалась на Незе.

— Думаешь, это потому, что я так хотела? — Ивена поглядела на Поля снизу вверх. В ее зрачках отражались звезды.

— И поэтому тоже.

— Тогда я буду очень сильно хотеть, чтобы на Ниаре ты нашел своего друга!

Кое в чем положение Тины изменилось к лучшему: теперь у нее была одежда. Вернувшись домой, Лиргисо не стал забирать у нее вещи, купленные для путешествия на Савайбу. Не обошлось без комментариев — чтобы Тина в полной мере оценила благородство этого жеста, Лиргисо подчеркнул, что он честно выполняет свое обещание (такого обещания Тина не помнила, но на куполе рахады он много чего говорил); заверил, что и впредь готов потакать ее желаниям — если те не будут противоречить его интересам; добавил, что раньше он не давал ей одежду не потому, что хотел ее унизить, а из эстетических соображений и сейчас вообще-то пошел на серьезную уступку.