Антон Орлов - Антираспад

На корабле он показал Феспису его каюту и посоветовал поскорее перевезти вещи.

– Много будет возни с оформлением документов?

– Да нет, теперь с этим быстро, – щупая мягкую пористую стенку, возразил тот. – Никогда не видел звездолет изнутри… Раньше у нас были высокие выездные пошлины, а денорцы их отменили. Это означает: если не хочешь жить на Хальцеоле – сматывайся, никто тебя за шиворот не держит. Но уж если остался, подчиняйся денорским законам и не жалуйся!

– Слушай, как это – «не жалуйся»? Ты ведь только этим и занимаешься!

– Норберт, у нас разные жизненные позиции, – увильнул от прямого ответа Феспис. – Ты прагматик и технократ, а мое кредо – быть интеллигентным человеком. Я завтра же все оформлю и привезу барахло – все равно из квартиры выгоняют. Хозяйке действует на нервы, когда я говорю вслух о своих убеждениях. Что с нее взять, темная баба! Не понимает, что я не могу молчать.

Аманда позвала его в салон принимать дела, а Норберт, повинуясь скорее наитию, чем осознанной догадке, свернул в коридор, ведущий к главному люку. Он старался ступать бесшумно, однако Илси, уже набиравшая код на настенном пульте, все равно оглянулась.

– Ты далеко?

– Погулять, – после недолгой заминки ответила сестра. – Нор, террористы ничего мне не сделают.

– Я знаю. Ты ведь не по городу прошвырнуться собираешься?

Она отвела взгляд.

– Илси, мы летим на Каясопон искать ту древнюю штуковину, и ты – член команды. Пожалуйста, никуда сейчас не ходи. Любовные драмы хороши в серьезном кино… или в мыльных операх, но не в нашей жизни. Лучше вспомни вот о чем: ты – второй пилот, и осваивать эту профессию тебе придется прямо по ходу дела, после того как мы стартуем. Тебе стоит сесть за компьютер, запустить учебную программу по навигации и потренироваться.

К его громадному облегчению, Илси послушалась. Заблокировав люк (теперь ни один террорист на корабль не пролезет!), Норберт направился к своей каюте. Проходя мимо салона, услышал возмущенный вопль Фесписа: «Послушайте, да разве можно так вести документацию? Черт ногу сломит – до того все перепутано и запущено! Я не нахожу слов…» Норберт усмехнулся: каждый новый бухгалтер, приходя работать в «Антираспад», говорил примерно то же самое. Хальцеолийский диссидент не стал исключением. Что ж, по крайней мере, это свидетельствует о его достаточно высокой бухгалтерской квалификации.

На следующее утро Норберт, захватив с собой Илси, поехал закупать продукты для экспедиции и товары для Цилады. Аманда предлагала взять что-нибудь экзотическое (к примеру, сувениры из рушановой кости, чемоданы из рушановой кожи, майки с революционными лозунгами и тому подобное), однако Норберт, просмотрев материалы по Циладе, остановился на денорских обогревателях, теплоизолирующих стенных панелях и тропических фруктах. Цилада – холодный мир, такой товар там должен пользоваться спросом! Они побывали в четырех фирмах; пока брат вел переговоры, подписывал контракты и платил наличными, Илси оставалась хмурой, погруженной в себя.

– Не отключайся от окружающего, – посоветовал Норберт, когда вышли на улицу.

– Я и не отключаюсь. Жарко… Зря ты не дал мне надеть черную безрукавку.

– Илси, никаких безрукавок! На тебя и так каждый третий пялится.

Девочка рассеянно кивнула, не отрывая пристального взгляда от машин, скользящих по проезжей части, потом, запинаясь, спросила:

– Нор… Как ты думаешь… Мы можем встретить на улице Карен?

– Вряд ли. Олигархи не ходят пешком и не ездят в наземном транспорте, у них аэромобили. Мы ее не встретим.

Норберта этот факт не расстраивал, но Илси грустно опустила голову.

– Лучше не раскисай, а смотри по сторонам. Если возникнет какая-нибудь опасность, ты раньше меня среагируешь.

Честно говоря, он ничего не опасался: обстановка в центре города была будничная, деловая – толпы, распахнутые двери магазинов, оживленное движение и никаких явных признаков революционной ситуации, – но ему хотелось отвлечь сестру от невеселых мыслей.

– Нор, я не понимаю, – через силу начала Илси. – Она все время была добрая, ласковая… Я верила каждому ее слову и готова была все что угодно для нее сделать. Если б она сказала, что это ее коробка, я бы с радостью отдала! А она… Она сказала, что коробка, которую дал мне Гестен, нужна ей, и она ее забирает. Почему она отобрала, когда могла попросить по-хорошему?

– Не знаю, – пожал плечами Норберт. – Может, врать не хотела. Коробка ведь не ее и не Зеруата, а непонятно чья. Разберемся, когда найдем тот, второй артефакт на Каясопоне.