Антон Орлов - Антираспад

Перед тем как покинуть отель, Норберт разбудил Олега.

– Уже пора? – сонно спросил компьютерщик.

– Я сейчас выхожу. Илси познакомит тебя с Фесписом, он хочет у нас работать. Вот карта – сможешь подключить к своему приемнику?

– Ага, без проблем, – снимая переднюю панель с хальцеолийского прибора, кивнул Олег.

Такси на магнитной подушке довезло Норберта до юго-восточного района.

– Там прорвана защита от рушанов, поэтому по двойному тарифу, – предупредил шофер.

– Защита прорвана не там, куда мне надо, а чуть подальше, – лениво возразил Норберт.

Осведомленность инопланетянина произвела впечатление на шофера, и тот больше не пытался настаивать на своем. Норберт рассеянно смотрел в окно. Город жил обычной для современного мегаполиса жизнью, но порой попадались перепаханные улицы, полуразрушенные дома, бурые пятна, въевшиеся в светлое покрытие тротуаров, – подпольная война, которую вели террористы, при всей ее нелепости была отнюдь не бескровной. Кое-где желтоватые участки дороги чередовались с белоснежными, новыми. Покачивались на ветру длинные, лентоподобные листья хальцеолийских деревьев – иссиня-зеленые, будто покрытые лаком. Блестела глазированная плитка – самый любимый здесь облицовочный материал; фасады многих домов украшала выдержанная в светлых тонах двухцветная мозаика. Норберт пытался, но никак не мог расслабиться. За себя он не беспокоился: террористы, скорее всего, не настолько чокнутые, чтобы пристрелить его раньше, чем он передаст им всю оговоренную сумму. Нет, он ничем не рисковал. Рисковать будет Илси – и вот это ему совсем не нравилось, но другого выхода не было…

Такси затормозило в пыльном переулке. Расплатившись с шофером, Норберт пешком прошел несколько кварталов, после перекрестка свернул, как проинструктировал его анонимный собеседник. За ним наверняка наблюдали. Кобура была расстегнута, он мог выхватить пистолет в любой момент. Дома тут стояли многоэтажные, без керамической облицовки – ее заменяла блеклая, в сюрреалистических потеках штукатурка. На тротуарах валялся мусор. Район был немноголюдный, редкие прохожие косились на Норберта с откровенной неприязнью. Заметив издали оранжевую будку таксофона, он направился прямо к ней. Таксофон был жестоко раскурочен, верхний правый угол будки затянут зеленоватой паутиной, в центре которой сидела зеленая клякса размером с монету, с бахромой несметных коротких ножек. Положив на пол пакет с деньгами, Норберт прикрыл дверцу и пошел обратно. К его затылку прилип чей-то тяжелый взгляд, но он не оглянулся.

– Ваша сестра не выпускает меня из номера! – пожаловался Феспис, когда он вернулся в отель.

– Это мое распоряжение. Рабочий день еще не закончился.

– Ну и порядки в вашей фирме, – пробормотал хальцеолиец, поглядев на Олега (тот устроился со своей аппаратурой на диване и отключился от всего, что происходило вокруг), на Илси, замершую у двери, и снова на Норберта, который старался держаться уверенно, как и подобает боссу.

– Вообще-то порядки у нас такие, что никто не жалуется, но сейчас положение особое. Наш коммерческий директор, Аманда Мерриато, попала в беду, мы должны ее выручить.

– А что случилось?

– Ее похитили террористы. Если вы нам поможете, я возьму вас на работу.

– Вы хотите, чтобы я с ними договорился?

Феспис нервно выпрямился в кресле, на его веснушчатом лице появилось испуганное и озадаченное выражение: несмотря на свою симпатию к террористам, он их все-таки побаивался.

– Нет, от вас нужна только информация.

– Договариваться буду я. – Отойдя от двери, Илси присела на подлокотник дивана. В ее позе угадывалось напряжение, которое она пыталась скрыть, и Норберт стиснул зубы: если Олег взял на себя техническое обеспечение, а он разработал тактику операции, то роль непосредственного исполнителя досталась Илси. Они с Олегом этого не хотели, она сама настояла. Норберт отлично понимал, что из них троих только у нее есть шансы справиться, но все равно на душе было тяжело.

– Вы? – уставился на нее Феспис. – Для того, чтобы вести такие переговоры, надо уметь убеждать людей! Вы уверены, что сумеете вовремя найти единственно верные аргументы?

– Уверена! – глядя в пол, отозвалась Илси. – Я этому полтора года училась.

– Маловато… Я четыре года изучал философию в университете, участвовал в учебных диспутах и шесть раз получал поощрительные призы, как лучший спорщик. К тому же я коренной хальцеолиец. Я смогу убедить этих ребят, чтоб они отпустили вашего коммерческого директора, – ведь это неплохие, мыслящие ребята, и цель у них светлая…