Кейт Лаумер - Разрушители планет

Инициаторы предложили план действий:

“С помощью специально подобранных гармонических колебаний можно создать резонансное поле, которое усилит деятельность любого местного разума, имеющего аналогичный ритм.

Я/мы нашли, что модель со следующими характеристиками будет наиболее подходящей…”

Инициаторы продемонстрировали сложную систему символов.

“Действуйте описанным образом , — скомандовал Эгон. — Все побочные функции должны быть отменены до тех пор, пока я/мы не добьемся успеха”.

Объединенные единством цели, с темного и тихого дредноута сенсоры Ри сквозь пространство зондировали Землю в поисках восприимчивого человеческого разума.

Комната для допросов была совершенно голым помещением кубической формы, со стенами, выкрашенными белой краской. В ее геометрическом центре под ослепительно яркой световой панелью, отбрасывая угольно-черную тень, стояло массивное кресло вороненой стали.

Прошла минута, и из коридора донесся стук каблуков. Высокий мужчина в простом темном кителе вошел в открытую дверь и остановился, рассматривая пленника. Широкое лицо вошедшего было таким же серым и холодным, как надгробный камень.

— Я предупреждал тебя, Мэллори, — сказал он низким рычащим голосом.

— Ты совершаешь ошибку, Косло, — заявил Мэллори.

— Открыто арестовав народного героя, да? — Косло скривил толстые серые губы в улыбке, больше похожей на гримасу мертвеца. — Не питай напрасных надежд. Мятежники ничего не добьются без предводителя.

— А ты уверен, что готов так рано подвергнуть свой режим проверке на прочность?

— Или устраивать проверку, или ждать, пока твоя партия наберет силу. Я предпочитаю действовать решительно. В отличие от тебя, Мэллори, я никогда не умел ждать.

— Что ж, к утру ты узнаешь результаты.

— Так скоро, да? — Набрякшие веки Косло опустились, закрывая измученные слишком ярким светом глаза. Он ухмыльнулся. — К утру я узнаю много интересного. Ты понимаешь, что твое положение безнадежно? — Его веки снова поднялись, и глаза уставились на кресло.

— Другими словами, теперь я должен испугаться и стать предателем в обмен на… на что, Косло? На твое очередное обещание?

— У тебя есть альтернатива — это кресло, — решительно заявил диктатор.

— Ты хорошо разбираешься в технике, Косло. Намного лучше, чем в людях. В этом-то и сокрыта твоя величайшая слабость.

Косло протянул руку и погладил ребристый металл кресла.

— Это научный прибор, разработанный для выполнения определенной задачи с наименьшими для меня трудностями. Он создает специфическое состояние нервной системы субъекта, которое, с одной стороны, оживляет воспоминания, а с другой — усиливает его мысленную речь, сопутствующую общей высокой мозговой активности. Кроме того, субъект послушно исполняет словесные приказы. — Косло сделал короткую паузу. — Если ты будешь сопротивляться, прибор разрушит твой разум, но не раньше, чем ты назовешь мне имена, явки, даты, структуру организации, планы… Короче, все. Для нас обоих же будет проще, если ты осознаешь неизбежность этого и добровольно расскажешь то, что мне требуется знать.

— А что будет после того, как ты заполучишь эту информацию?

— Известно, что мой режим не допускает существования оппозиции. Чем полнее будет полученная информация, тем меньше крови придется пролить.

Мэллори покачал головой.

— Нет, — прямо ответил он.

— Мэллори, не будь идиотом! Это не проверка твоих человеческих достоинств.

— Возможно, Косло, так оно и есть: человек против машины.

Диктатор пронзил его взглядом и коротко махнул рукой:

— Посадите в кресло и зафиксируйте.

Усаженный в кресло, Мэллори почувствовал, как холодный металл высасывает тепло из его тела. Прочные ремни прижимали руки, ноги и грудь к креслу. Широкий пластмассовый обруч со множеством проводов плотно придавил череп к подголовнику.

Фий Косло с другого конца комнаты внимательно наблюдал за работой.

— Готово, Ваше Превосходительство, — сообщил техник.

— Приступай.

Мэллори напрягся. Нездоровое волнение взбудоражило желудок. Он слышал об этом кресле, о его способности дочиста промывать мозг человека, превращая того в выпаливающую ответы развалину.

“Только свободное общество, — подумал он, — способно создать ту технологию, которая делает тиранию возможной…”

Следил, как техник в белом халате приближается, подходит к приборной панели. У Мэллори оставалась единственная надежда — если бы он смог противостоять этой машине, затянуть допрос, задержать Косло до рассвета…