Кристофер Раули - Мастер Боя

Рэм подсоединил компьютер к видеопроигрывателю, одновременно нажав на одну из кнопок.

– Привет, – отозвалась машина приятным чуть хрипловатым женским голосом. После нажатия клавиши на экране появилось изображение. – Нажмите кнопку отключения, если вы хотите убрать звук.

К компьютеру существо проявило неожиданный интерес. Оно нагнулось и взяло клавиатуру из рук Рэма. Щупальца, выраставшие у него из плеч и подмышек вполне человеческих рук, забегали по клавишам. Экран отзывался на эти нажатия, открывая и закрывая окошки разных секторов. Иногда на нем возникали какие-то графики, иногда блоки сплошного текста. Было похоже, что существо радо находке. Оно вдруг протянуло клавиатуру Рэму, поддерживая ее с боков своими щупальцами.

Рэм взял и снова принялся нажимать кнопки, повторяя некоторые операции по несколько раз, выуживая информацию, заложенную в память компьютера, выводил на экран дисплея знаки алфавита интерлинга.

Так прошло не менее двух часов, в течение которых существо овладело некоторыми основами человеческого языка и научилось обращению с компьютером, так что теперь оно даже могло самостоятельно выуживать из памяти нужную информацию. Вскоре после этого оно оставило свою новую игрушку в покое, поднялось на ноги и знаком приказало Рэму снова вернуться в загон.

Рэм окинул тоскливым взглядом каньон, где лежали сваленные в кучу трупы его товарищей.

– Послушай, – произнес он, сделав выразительный жест. – Может, тебе лучше меня отпустить? Разве я не сделал того, о чем ты меня просил? Ну почему бы тебе не отпустить меня? Я ведь не желаю тебе зла. Черт тебя побери! Я даже не обернусь в твою сторону.

Тварь подошла к нему ближе. Ее щупальца напряглись, а их кончики блестели, как кремень. Она снова жестом указала Рэму на загон. Второе существо тоже поднялось на ноги и недвусмысленно взялось за ружье.

Иного выхода, кроме как подчиниться, у Рэма не было, и он спотыкаясь поплелся в загон.

– Рэм, а чего это ты не дал им себя прихлопнуть? – пробормотал Ларшель.

Существо, сжимавшее в руках ружье, подошло к сваленным на пол трупам и, взмахнув мачете, отрезало чью-то руку. Жадно обгладывая свою кровавую пищу, оно вернулось на прежнее место.

Тем временем его товарищ увлеченно занимался телевизором: переключались каналы, загружались программы, по окнам-вставкам бегал курсор. Так прошли долгие часы. К вечеру люди в загоне начали дрожать от холода.

Темнело. Люди как зачарованные следили за светившимся в дальнем углу экраном. Казалось, будто некий магический кристалл приковал к себе их полные тоски взоры. А чудовище по-прежнему продолжало забавляться телевизором, заставляя экран сверкать все новыми изображениями. После того как это занятие все-таки ему наскучило, чудовище снова направилось к загону. На этот раз его жертвой стал Ларшель Дево.

Ларшель стал сопротивляться. Ему удалось вырваться из объятий чудовища и нанести ему в бок мощный удар ногой. Существо пошатнулось и упало на спину. Щупальца его трепетали в воздухе. Ларшель отскочил от них подальше и забился в угол загона.

Поднявшись, существо ухватило его щупальцами за запястья и принялось наносить удары в солнечное сплетение.

Ларшель упал на землю, а тварь ухватила его за шею и поволокла несчастного из загона в пещеру. Там она уложила свою жертву на землю неподалеку от ровного ряда каких-то яйцеобразных предметов размером в человеческий рост. Они были черными с обоих концов и розоватыми посередине.

Созревание шло быстро. Скоро пробьет час наступления. Но сначала надо устроить торжественную трапезу. Форма-носитель пришла в негодность, совершенно износилась на клеточном уровне. Ей срочно требовалась замена.

Лежа на полу, Ларшель не мог сдержать дрожи. Тварь возвышалась над ним, освещенная лишь светом работающего телевизора. Ларшель наблюдал за тем, как чудовище сморщилось, словно шина, из которой выпустили воздух. Затем его взору предстало нечто напоминающее небольшую елку с белыми ветвями. Остальные части тела рухнули вниз и легли на пол аккуратной кучкой, как если бы человек сбросил с себя пальто, уронив его на пол.

Дерево тоже рушилось, его ветки сливались со стволом, пока не получили сходство с белесоватым столбом. Затем на пол рухнул и столб, превратившись во что-то осклизлое, что-то среднее между змеей и гигантским слизняком, который заполз на отчаянно вопившего и извивавшегося Ларшеля.

Тварь сжала Ларшеля выросшими из нее острыми как бритва хрящами, а щупальца принялись изучать его тело, насильно проникая во все его полости. Затем, издав последний сдавленный вопль и передернувшись тело Ларшеля перешло к Мастеру Боя.