Ольга Елисеева - Сын Солнца

Из глубины земли хлынул ослепительный, неестественно белый свет. Гул усилился до такой степени, что у Акхана заболели уши. Ему показалось, что у него вот-вот хлынет носом кровь. Ужасная птица, переливаясь и сверкая своим металлическим оперением, опускалась все ниже. Чем-то неуловимым она напоминала змею — длинным ли телом, треугольной ли приплюснутой головой, — да, пернатую змею с клювом и крыльями. Принц видел ее блестящее брюхо со швом, мощные лапы без когтей, вместо которых чудовище обладало огромными золотыми дисками, и они вращались!

Вокруг столбом стояла пыль, закручиваясь в тугие смерчи. Несколько минут назад на плато царил жуткий холод, теперь Акхан чувствовал, что поджаривается. Даже базальтовая колонна, за которую он держался, раскалилась и обжигала ладони. В какой-то момент акалель не выдержал, и его пальцы разжались. Он сначала полетел вниз, затем покатился по склону и наконец застрял, удерживаемый одним из упавших блоков. Принц потерял сознание лишь на мгновение, за это время страшная птица успела опуститься в светящееся ущелье между плитами. Поэтому, когда Акхан пришел в себя, над его головой уже ничего не гудело, не сверкало и не тряслось. Камни плато вибрировали гораздо слабее, сияние из расщелины стало мягче. Зато где-то глубоко-глубоко под землей слышалось неумолчное шуршание пересыпающихся горных пород.

Принц осторожно пополз вверх по стоявшей под наклоном плите. Через несколько минут он подобрался к ее краю и заглянул внутрь. Яркое сияние заливало чрево горы. Там, внизу, куда спустилась хищная птица из созвездия Дракона, что-то гудело и грохотало, словно в огромной кузнице. Красноватые отблески ложились на стены, вздрагивавшие при каждом следующем ударе. Казалось, тысячи молотов разом опускались на тысячи наковален.

Принц буквально с младенчества участвовал во всевозможных ритуалах и свято верил в страшные сказки своего народа, но он еще ни разу в жизни не видел ни одного волшебного существа — доброго или злого. Поэтому Акхан до боли в глазах всматривался в сияющую глубину пещеры, где далеко на дне мелькали и передвигались скрюченные черные фигурки духов горы. Вечные кузнецы, самими богами приговоренные к своему ремеслу, — они-то и сотрясали плато Туудум, цепь Туланских гор и всю красную землю Ар Мор. Вероятно, они делали это для железной птицы, зачем-то спустившейся к ним в подземелье.

Акхан с удивлением наблюдал, как во чрево чудовища духи погружают какую-то руду. Может быть, они так кормили это странное существо? Что люди знают о пище пернатых змей? Удивительно было и то, как именно птица поглощала подношения горных духов. Она не открывала клюва, а принимала еду через распахнувшийся живот.

Наконец чудовище насытилось и захлопнуло стенки своего бездонного желудка. Черные существа расползлись от него подальше. Птица вновь взвыла, из-под ее лап рванулись столбы огня, и она начала подниматься вверх.

Акхану опять сделалось нестерпимо жарко; когда же птица показалась над краем расщелины, плиты начали снова сдвигаться. Грохот и вибрация были страшными, но акалель все же удержался, закатившись за один из монолитов. Едва земля встала на место, продолжая дымиться и вздрагивать, как из глаз чудовища ударил яркий свет, озаривший все плато Туудум. Благодаря чему принц понял, что вся почва под его ногами покрыта многочисленными витиеватыми рисунками, переплетавшимися вокруг базальтовых колонн в виде большой змеи.

При других обстоятельствах это открытие заинтересовало бы Акхана, но сейчас ему было не до орнаментов. Птица заметила его. Ее сияющий взгляд выхватил маленькую человеческую фигурку, скрючившуюся у одного из монолитов. Чудовище начало вновь снижаться. При всей своей храбрости акалель все же был только человеком, и ужасная громада, опускающаяся на него с неба, напугала принца.

Он заметался между камнями, пытаясь спрятаться, но тщетно. Жуткое чрево чудовища вновь распахнулось. На мгновение Акхану показалось, что сейчас вся поглощенная пернатым змеем руда высыплется ему на голову. Но произошло нечто невообразимое. Воздух вокруг акалеля сгустился настолько, что буквально стал твердым, а потом начал скручиваться в длинную воронку и всосал принца внутрь птичьего желудка.

Какое-то мгновение Акхан в панике наблюдал, как его ноги отрываются от земли, а потом потерял сознание, потому что давление воздуха на его тело стало нестерпимым.

Принцу показалось, что он очнулся от тишины. В брюхе птицы не было слышно гула и дрожания земли. В нем царил странноватый запах, какой бывает после сильного ливня с грозой. Но не запах заставил Акхана вздрогнуть от неприятного ощущения и изо всех сил вжаться в пол.