Ольга Елисеева - Сын Солнца

Но до этого было еще далеко. И сегодня, через месяц после начала осады, Алдерик вернулся в Туле. Потоптавшись в Асгарде без дела, он ринулся назад. Его словно кто-то подталкивал под локоть: спеши, там полный провал. И уже на полдороге в свиту короля врезался запыленный Бьерн Медведь. Ярл осыпал повелителя упреками и едва не тряс за грудки — они были старыми приятелями и не привыкли церемониться. Выслушав командира конницы, Алдерик разразился невнятной бранью и дал лошади шпоры. Кой черт дернул его бросить Туле на Ахо?! Сопляк!

Конунг, как гиперборейцы называли своего повелителя, прискакал в крепость вовремя. Два нижних бастиона были взяты, предместья сожжены, порт разрушен. То, что атлан еще не вломились в ворота и не хозяйничали на улицах, было чудом из чудес! Именно об этом Алдерик и сказал ярлам, собрав их в Зале Совета и отчитав каждого по очереди. Он метал громы и молнии, но, услышав, что Ахо отстраняется от командования, все вздохнули с облегчением. Обстановка разрядилась сама собой. Ярлам было куда спокойнее под тяжелой рукой короля.

Сам наследник еще ничего не знал. Он поехал встречать религиозную процессию в Урд, маленький городок-святилище к северу от Туле. На осень приходился день поминовения усопших, в Урде покоились останки асов — первой королевской династии Гипербореи, она правила в незапамятные времена и очень почиталась народом. Сопроводить процессию молящихся из Асгарда и отправился принц Ахо. Времена были неспокойные, по дорогам рыскали шайки мародеров, да и войска атлан находились недалеко.

— А где ее высочество? — осведомился король, устав поносить ярлов. — Конница единорогов хорошо себя показала. Я хочу обнять командира.

В этот момент двери распахнулись, и ропот удивления пробежал по залу. У самого Алдерика непроизвольно отвисла челюсть. Принцесса шла между рядами придворных, гордо подняв голову, на которой вместо девичьей ленты красовалась широкая женская повязка, шитая жемчугом. Дея не имела права на подобное украшение. Она не была замужем и, даже если потеряла девство, не смела так бесстыдно выставлять свое падение напоказ.

Между тем ее высочество держалась спокойно, без тени смущения. Ее взгляд был прям, в нем не читалось вызова. Но не было и раскаяния. Казалось, она не собирается скрывать свой позор. Не дойдя несколько шагов до трона, Дея опустилась на колени.

— Государь, отец мой, ты видишь, я больше не могу командовать единорогами…

— Молчать! — Алдерик наконец справился с душившим его гневом. Он вскочил как ошпаренный и, подбежав к принцессе, наотмашь ударил ее по лицу. — Дрянь! — Боль и горе захлестывали его. Ни разу за четверть века, с тех пор как ему изменила Тиа-мин, он не испытывал такого унижения. Сначала жена, потом дочь обесчестили его. Открыто. Перед всеми. Да еще и бахвалились этим! — Грязная потаскуха! — Конунг снова поднял руку, но опустил. Много чести. Больше он до нее не дотронется.

А как хотелось дотронуться! Все эти годы со смерти Феоны. Только она и стояла перед глазами. Даже когда он брал на ложе других женщин. Временно. На день-два. Больше не желал. С ума сводили ее чистота и молодость. Даже своему сыну Ахо, за которого Дея была сговорена еще девочкой, он все медлил, все не отдавал ее в жены. Теперь, как и отдать?

Алдерик плюнул на пол:

— Пошла вон! Пока я не приказал бросить тебя единорогам! — Он схватил принцессу за шиворот. — И сними с себя эти тряпки. Ты не достойна знаков жены и хозяйки!

На мгновение Дея лишилась дара речи. Она была уверена, что прорицатели-вёльвы защитят ее, не дадут погибнуть в глазах конунга, постараются оправдать… Ведь она же не по своей воле предложила себя командующему атлан! Они должны сказать ему…

Но вёльвы молчали. Огмис строго покачивал белоснежной бородой. Риульф смущенно переминался с ноги на ногу и пялился в пол. У Звайнальда был такой вид, будто он всю ночь провел без сна. Синие круги под глазами и адская усталость на лице говорили о том, что скальд сегодня пел непростую песнь. Изменял судьбу? Неужели ее судьба могла быть еще страшнее?

— Вон отсюда!!! — наконец заорал Алдерик. — Я больше не желаю о тебе ничего знать! У меня нет дочери!

Такой развязки никто не ожидал. Всем была известна любовь короля к принцессе и надежды, которые он возлагал на нее в связи с крайней неспособностью Ахо управлять страной. Говорили, что при хорошей жене наследник будет не так уж плох. А теперь Алдерик сам, своей рукой изгонял единственную опору, которая у него могла оказаться на старости лет.