Нил Эшер - Скиннер

— Пастбища, будь я проклят, — пробормотал Борис, идеально имитируя тон Пека. Энн, которая как раз поднималась мимо него, рассмеялась и убрала пистолет в кобуру.

— Давайте посмотрим на все с другой стороны, — сказал, обращаясь ко всем, услышавший реплику Амбел. — Если улов будет хорошим, нам не придется выходить в море во время ледового сезона. Будем пить ром и есть выращенную пищу целых шесть месяцев.

— Скорее, выползем на берег, как выпотрошенные рыбы, — пробормотал Пек.

Амбел взглянул на него.

— Кожа стала слишком просторной, да?

Пек выругался, а остальные старшие члены команды снова рассмеялись. Младшие матросы явно ничего не понимали, поэтому капитан сделал вывод, что они еще не слышали историю Пека. Он улыбнулся едва заметно. Перед охотой всегда так бывало. Потом ребята поблагодарят его. «Разве я когда-нибудь ошибался?» — попытался спросить он себя без иронии.

«Странник» медленно шел по курсу, парус поворачивался, чтобы поймать ветер, и что-то бормотал о том, что давно пора было бы поесть.

«Кожа стала слишком просторной», — подумал Пек и сразу же ощутил зуд. Он почесался и посмотрел на Амбела, который нырнул в свою каюту, чтобы убрать на место мушкетон. Никто не знает, что…

«Иди ко мне».

Он чувствовал зов Скиннера костным мозгом, всей своей сутью. Какие секреты таились в его душе?

— Пек, эти гарпуны сами не заточатся, — заметил проходивший мимо и сматывавший трос Планд. Пек бросил взгляд на своего товарища — может быть, он думает о том же?

— Послушай, Планд, ты…

— Пек! Эти гарпуны сами не заточатся! — взревел, выходя из каюты, Амбел.

Планд усмехнулся и направился распутывать очередной трос. Пек присел у сложенных возле леера гарпунов.

— Проклятая охота на пиявок, — пробормотал он.

Трюм был почти забит бочонками с маринованным мясом турбула и янтарными моллюсками. Все это протухнет, если они не вернутся в порт в течение недели. Но Амбелу всегда хотелось получить больше, прежде чем с севера придут айсберги. Следовало признать, обычно им сопутствовала удача, и благодаря этому они часто просиживали целые вечера в «Живце». У них даже некоторое время имелся лазер, но из-за скачущего обменного курса скинда они не могли приобрести к нему запасные источники питания и были вынуждены поменять на палубную пушку. Удача! Пек хмыкнул. Сколько раз он видел этот фокус Амбела с жемчужиной? Энн и Планд ходили в море с капитаном всего лишь тридцать лет, поэтому не всегда могли распознать его трюки.

Все еще недовольно ворча, Пек достал из кармана плаща точильный камень. Гарпуны не настолько затупились, чтобы их нужно было сворачивать для обработки. Пек провел ладонью по кромке и отдернул руку, когда брызнула кровь. Гарпуны не нуждались в заточке.

«Иди ко мне…»

Когда Кич вошел, Олиан по-прежнему лежала на диване. Он бросил взгляд на стоящий рядом стул, но не стал садиться, пока женщина раздраженно не махнула рукой.

— Он самоочищающийся.

Кич заморгал, когда ирригатор оросил его глаз. По опыту он знал, что людям часто не нравилось, когда ходячий труп пользовался их вещами.

— Ты знаешь, почему мне известно твое имя, — пробормотала она. — Расскажи мне что-нибудь незаписанное, то, чего я не знаю.

Кич долго молчал.

— Афед Римск убил меня и сбросил мое тело в канализацию Кладера. Меня нашли только через неделю, шесть месяцев ушло на судебные разбирательства, прежде чем, согласно моему завещанию, мое тело передали культу. Вы это хотите узнать?

— Все это зафиксировано в документах. Ты стал членом культа Анубиса за несколько лет до этих событий. Был подан судебный иск, чтобы запретить твою рейфикацию, но тебя поддержал культ. Я также знаю, что иск был подан самим Римском, — сказала Тай. Синеватый оттенок ее кожи стал более бледным.

— Римск умер, когда нарушилась герметичность его скафандра в космическом пространстве Кладера, — продолжал Кич. — Тело не было найдено — он сгорел в атмосфере, прежде чем его успели заметить. — Женщина открыла глаза и внимательно слушала. — Неизвестно, почему нарушилась герметичность скафандра. А нарушилась она потому, что уплотнения разъело изнутри, как, впрочем, и его самого разъело внутри скафандра. Кто-то подложил активируемый давлением сосуд с кислотой в запас кислорода. Когда давление кислорода понизилось до определенного уровня, сосуд открылся и заполнил скафандр парами кислоты. Вероятно, он умер мучительной смертью, особенно для хупера.