Нил Эшер - Скиннер

— Забыл предупредить, — капитан пристально посмотрел на парус, — что указанный процент относится только к рейсу, на который ты подписался.

— Конечно, — отозвался Обманщик, — я понимаю, что данный рейс закончится без прибыли. Я просто создаю прецедент.

Спрейдж сложил контракт и убрал его в верхний карман. Он медленно кивнул.

— Ты — очень мудрый парус.

Обманщик ветра наклонил голову, и его глаза закатились.

— Блюститель сообщил мне, — сказал он, когда его глаза пришли в нормальное состояние, — что это плавание еще далеко до завершения.

Спрейдж, поднимаясь с кресла-качалки, замер и вопросительно уставился на него.

— Капитан Рон, — продолжил парус, — перенес совет на остров Скиннера. Скиннер вырвался на свободу, а капитан Амбел оказался на самом деле Госком Балемом.

Все члены команды не могли сдержать удивленных возгласов, но Тай не могла не обратить внимания на то, что Спрейдж не выглядел удивленным.

— Старый бродяга, — пробормотал он.

Отказавшись от помощи, Кич поднялся на борт «Ахава» и быстро прошел к своему скутеру. Одной рукой он принялся развязывать тросы, которыми машина была закреплена на палубе. Вторая рука, несмотря на то что была обработана восстановителем клеток и раны на ней затянулись, все еще болела.

Рон, поднявшись на борт, сразу же подошел к парусу. За ним поднялись на борт Борис и Госс, а также другие члены команды, не желавшие принять участие в предстоящих поисках.

— На борту «Странника» есть свежее мясо, — сказал Рон. — Ты переберешься туда?

— Возможно, — ответил парус.

— Чем я могу тебя убедить?

— Мясом бокси. Люблю мясо бокси.

— Ну, этот деликатес мы можем предоставить в избытке.

Капитан слышал о парусе по имени Обманщик ветра, но понятия не имел о его привычках. Если бы слышал, то вряд ли испытал подобное удивление. Обманщик был уникальным парусом, но не настолько. Обманщик сложил крылья и поднялся на топ, а Рон отвернулся от мачты и посмотрел на мгновенно втянувшего голову в плечи Роуча.

— Капитан, что происходит? — спросил коротышка. Рон посмотрел на него сверху вниз, потом — на собравшихся за его спиной младших матросов.

— Амбел — на самом деле Госк Балем, Скиннер сбежал, и мы отправляемся на остров Скиннера, чтобы убить его, а также чтобы созвать совет и решить, стоит ли бросать Амбела в огонь.

Роуч, прищурившись, посмотрел на него.

— Не стоит, но что происходит на самом деле? Рон показал на Бориса и Госс.

— Они расскажут все, что тебе необходимо знать. Роуч, я могу тебе доверять?

— Конечно.

Коротышка выпятил грудь. Рон с сомнением посмотрел на него.

— Я хочу, чтобы ты остался здесь. Когда появится другой парус, ты должен следовать за нами с максимальной скоростью. Никаких остановок для встреч, никакой охоты на турбулов. Это крайне важно.

— Есть, капитан.

Рон повернулся к Борису. Моряк был мрачным, и стоявшая рядом с ним Госс явно выглядела обеспокоенной.

— Можешь изменить мнение, когда выслушаешь его.

— Нет, — возразил Борис. — Госк Балем отвечал за работу печи. В ней сгорел мой отец.

Капитан кивнул, стал задумчиво смотреть на море, заложив большие пальцы за ремень, словно не знал, что сказать. Через несколько секунд он освободил одну руку и вытянул ее вперед.

— Какой настойчивый молли-карп.

Все уставились на горбатый силуэт между судном и ближайшим атоллом.

— Мы его уже встречали раньше. Набросился на пойманную нами пиявку. Помог спасти упавшего за борт капитана, — сказал Борис. — Вероятно, ночью вернулся к своему острову или решил, что здесь хорошее место для охоты.

— Помог спасти Амбела? — переспросил Рон.

— Нам так показалось. Рон повернулся к Роучу.

— Не спускай с него глаз. Непонятно, что еще он вздумает сделать. Мне пора. — Он повернулся и направился к Кичу.

— Готов? — спросил он.

Кич кивнул и сел на скутер, Рон примостился сзади. Скутер взлетел и направился к уже развернувшемуся по ветру «Страннику».

— Ты сдержишь обещание? — спросил капитан, когда скутер завис над судном Амбела.

— Я ведь пока не убил его, — ответил Кич.

— Возможно, передумаешь, когда услышишь его рассказ.

— Сомневаюсь.

Свежий ветер дул ей в лицо, играл ее волосами, и Ребекка Фриск, глядя на волны, довольно улыбалась. Когда наступит утро, она испытает настоящее наслаждение, медленно разрезая Сэйбла Кича на куски и скармливая их моллюскам-лягушкам. Наслаждение будет неполным из-за того, что Кич давно не чувствовал боли, впрочем, для удовлетворения этой потребности найдутся другие жертвы. Возможно, у Кича был партнер, с которым его связывали тесные отношения. Если нет, придется заняться членами команды судна. Она снова улыбнулась, думая о том, как ей следует поступить. Хуперы необыкновенно выносливы и нечувствительны к боли, следовало нанести достаточно серьезную рану, чтобы все-таки услышать их крик. Но и это обстоятельство давало определенное преимущество — они оставались в живых после обширных и глубоких ран. Что, если выбрать огонь в качестве орудия пытки? Поджариваемый на слабом огне хупер оставался живым в течение нескольких дней.