Майкл Мил - Эффект Эволюции

Выражение грусти на ее лице смешалось со смущением. Мира молча смотрела на него.

Не дожидаясь ее ответа, Горяев тут же с некоторым вызовом кинул:

— В общем, если что, ты знаешь, где меня можно найти. Я для тебя всегда доступен!

Картинно накинув капюшон куртки, он вышел из машины.

Когда Андрей, поднявшись по лестнице на второй этаж, уже подходил к своей комнате волна эмоций слегка схлынула. Однако, он все еще продолжал прокручивать эту ситуацию в голове.

Сидеть в номере одному после случившегося совершенно не хотелось, было даже противопоказано. Поэтому после недолгих раздумий Горяев решил пойти в кафе в надежде встретить там кого-нибудь из коллег; выпить и пообщаться. Сейчас ему просто необходимо было как-то развеяться. К счастью, еще продолжался выходной.

Андрей принял душ и переоделся; через десять минут его рука с силой толкнула дверь кафе.

Сегодняшним вечером здесь было многолюдно. Горяев окинул взглядом зал. Мягко льющийся красноватый приглушенный свет ламп не перебивал мерцанье стоявших на столах толстых свечей, подсвечниками которым служили пустые бутылки из-под виски и джина. Их толстое стекло густо покрывали причудливые струйки застывшего воска (по крайней мере, ему хотелось так думать, скорее же всего свечи были парафиновые). Сами столы были как будто наспех сколочены из грубо обработанных досок. Вместо стульев вдоль столов стояли широкие длинные скамьи. Почти за всеми столами, эмоционально общаясь друг с другом, сидели шумные компании посетителей. Зал был заполнен постоянным фоном из голосов разговаривающих и смеющихся людей, стука приборов и звона бокалов и кружек.

«Чертовски притягательная простота, — с удовольствием подумал Андрей. — И атмосфера что надо!»

— Добрый день, — услышал он голос обращавшегося к нему официанта, возникшего из затемненного пространства откуда-то справа. — Руководитель лаборатории желает отдельный стол?

— У вас сегодня особенный вечер? — прервал его, не ответив на вопрос, Андрей.

— У нас сегодня вечеринка в стиле викингов! — гордо произнес официант, указав на большие модели «драккара» и «кнора», подвешенные под потолком в глубине зала и медленно покачивающиеся под воздействием теплого циркулирующего воздуха.

— Я, пожалуй, пойду вон туда, — Горяев указал в сторону стола, за которым лицом к нему сидел Штайнмайер, тоже заметивший его и приветственно махавший рукой, приглашая присоединиться к ним.

Андрей прошел через зал, практически непрерывно здороваясь и отвечая на приветствия.

— Ну, что пьем? — шутливо спросил он, опустившись на деревянную скамью, приставленную к столу, за которым сидела компания его коллег во главе со Штанмайером.

— А кто что, — тут же весело ответил оказавшийся сидящим сбоку от него Пол, — кто виски, кто пиво. А я попробовал и то и другое!

— О, мой милый друг, — пошутил Горяев, — опасный эксперимент вы проводите!

— Не знаю! Мне весело, — бойко, с жаром вставил Пол чуть уже заплетающимся языком.

— Да, да, чем веселее сейчас, тем более хмурым будет утро. Я это проходил не раз. И больше в эти игры не играю, — с незлым смешком ответил Горяев, переглянувшись с остальными сидящими за столом. Те с понимающим видом улыбнулись и закивали.

Помимо Штайнмайера и Пола за столом сидел Галдрик, один из ученых радиационной группы, испанец — совсем молодой парень, говоривший по-английски с очень, как казалось Андрею, забавным акцентом. И еще был сотрудник технической службы — полноватый субъект по имени Якоб. С ним Горяеву практически не доводилось общаться.

— Пожалуй, я выпью виски — огласил свой выбор Андрей, слегка хлопнув ладонями по столу.

— А что из еды хорошего? — хитрым тоном поинтересовался он у подошедшего к ним официанта.

— Лосось в сметане, конечно же. Блюдо простых норвежских рыбаков, — учтиво ответил парень, следом заметив: — Кстати, ваши коллеги выбирали именно его.

— А кроме того, я ведь так понимаю, у вас больше ничего и нет, — сострил Андрей, имея ввиду тематику вечеринки (викинги, рыбаки — суровые парни, простые работяги моря в общем).

— Естественно, — понимающе подыгрывая тону Горяева, улыбнулся официант. — Нет, ну есть, конечно, и все остальное, — поморщившись и махнув рукой, уточнил он, как бы намекая на несерьезность и пустоту этого «всего остального». Затем, словно по секрету, обращаясь к Андрею и кивком головы указывая на остальных сидевших за столом, он прибавил:

— Да, но только не рассказывайте об этом парням!