Майкл Мил - Эффект Эволюции

— Жил себе мальчик, вполне нормальный мальчик, даже отличный, — с некоторым сарказмом продолжал врач. — Хорошо учился. Занимался спортом. Плаванье, бег, что-то там, по-моему, еще. В общем, радовал родителей….

Тем временем один из парней за перегородкой аккуратно опустил сверкающий сталью вращающийся диск хирургической пилы на грудную клетку лежавшего на столе изуродованного тела.

— И вот мальчик должен уже перейти в старшую школу, — продолжал рассказывать врач, — как вдруг решает сменить кожу. Вроде бы ничего страшного. Все мы потихоньку ее меняем, — улыбнулся он, после чего сделал паузу, многозначительно посмотрел на Горяева, и нарочито задумчиво произнес: — Проблема только в том, что он почему-то решил сменить ее целиком. — Ну, так! — с этими словами собеседник Андрея резко взмахнул руками. — Раз и все! — Казалось, Ларс даже подпрыгнул на месте.

Пила, безжалостно разрезав грудную клетку, теперь вгрызалась в рваную плоть культи, оставшейся от левой руки. Пока один из хирургов ловко управлялся с дисковой пилой, двое других со знанием дела освежовывали медицинскими ножами (другой термин здесь сложно было подобрать) мертвую плоть от пояса и ниже.

— Так вот… — продолжал Ларс Эймер. — Произошло это во время летних каникул. В скаутском лагере. В походе на озеро, утром в палатке товарищи и обнаружили его. Вернее, вот это, — врач показал на операционный стол. — Хотя парень еще был жив, — поправил он себя. — Физически развитый двенадцатилетний парень. Для своего возраста достаточно высокий. На момент смерти весил около пятидесяти пяти. Вероятно, что для подобного обновления тканей, у организма просто не хватило ресурсов…

Ларс продолжал размышлять вслух, в то время как хирургическая бригада уже почти освободила то, что до этого находилось в «чехле» из остатков тела подростка.

Открывшееся более всего походило на семимесячный человеческий плод. Его красноватую морщинистую кожу густо покрывала сыровидная смазка, все тело было усеяно пушковыми волосами. Ногти на маленьких ручках и ножках не доходили до концов пальцев.

— Надо сказать, что наблюдаемые нами изменения его тканей, по всей видимости, не старше трех месяцев. Тогда, если верить имеющейся в нашем распоряжении медицинской карте, у них в школе проходил плановый медосмотр. Никаких патологий на плановом осмотре у него выявлено не было, — невозмутимо комментировал начальник медицинской службы.

— Ну, это еще ни о чем не говорит. Мы же не видели, как проходил этот осмотр, — довольно резко вставил Андрей, на секунду оторвавшись от необычного зрелища, и взглянув на своего собеседника. Его давно уже раздражала манера, с которой тот комментировал происходящее, и теперь он, не смог сдержаться. — Впрочем, не мне вам это говорить, коллега. Как бы то ни было, случай действительно интересный, — поспешил слегка смягчить тон Горяев. Вслед за этим он вежливым тоном заинтересованного человека попросил: — Я бы хотел получить полный анализ. Я подготовлю перечень того, что мне необходимо. Еще лучше, если я смогу взять образцы его биоматериала и сам проведу весь комплекс необходимых исследований. Само тело, я так понимаю, вы мне не отдадите? — уточнил Андрей, слегка усмехнувшись. — К стати, простите за нескромный вопрос, а как тело оказалось у вас?

Ларс, похоже, не заметил, а может быть сделал вид, что не заметил изначальное раздражение Андрея и, на удивление, был весьма любезен. Более того, он предложил Горяеву непосредственно участвовать в анатомической экспертизе и любую помощь в проведении всех необходимых ему исследований.

— И по поводу тела, — напомнил вопрос Андрея врач, — Вас интересовало, как мы его получили…

— Да, — подтвердил Горяев, продолжая наблюдать за действиями хирургической бригады. Тельце «малыша» к этому моменту было полностью извлечено из тела мальчика, которое лежало теперь на операционном столе, напоминая снятый и небрежно брошенный комбинезон. Однако и тельце «малыша» и сброшенную «одежду» состоящую из того, что раньше было организмом двенадцатилетнего подростка, еще предстояло тщательнейшим образом изучить.

— Парня привезли в больницу небольшого городка неподалеку от места, где они разбили палаточный лагерь. Не помню точного названия, — врач на мгновенье задумался, словно вспоминая, после небрежно произнес. — Можно посмотреть в документах. Мальчик тогда все еще был жив. Местные врачи впали в ступор от увиденного. Ну, оно и понятно, — усмехнулся Ларс, комментируя собственный рассказ. — Решили экстренно отправить его в окружную больницу. Ну, а руководство окружной больницы, на сколько я знаю, сотрудничало с фондом в рамках нескольких исследовательских программам. В том числе, как мне сказали, изучения проблем патологий среди подростков. Все остальное — обычная процедура. В общем, вот такая история…